Контрабандисты Литвы XIX века

В 1795 году европейские державы начали делить огромную Речь Посполитую. Согласно Венскому конгрессу 1815 года, Польша и Литва отошла к Российской империи, поэтому граница Литвы с Пруссией стала и её западным рубежом.

Европа оживала после наполеоновских войн, в странах началось индустриальное производство, промышленности требовалось сырьё, городам – продукты питания. Но новые границы «привели» за собой и новые пошлины там, где их раньше не было, что породило, естественно, контрабанду.

Об этом явлении в истории Литвы и расскажет удивительные и поучительные истории сотрудник Департамента таможни Литвы Гядиминас КУЛИКАУСКАС.


Не справились даже донские казаки

Первые годы граница представляла решето: её охраняли так называемые разведчики охраны – «объездчики». Ведь каждому вменялось в обязанность присматривать за участком границы примерно в пять с половиной километров.
Чтобы исправить положение, царские власти в 1811 году охрану границы доверили полкам донских казаков. В начале казалось, что они, прославившиеся своей жестокостью, наведут порядок. Тем более что на один километр приходилось три всадника. Однако позже выяснилось, что для борьбы с контрабандой казаки совершенно непригодны, поскольку оказались недисциплинированны и, как свидетельствует официальная переписка тех времён, «...подвержены человеческим слабостям».

В 1822 году царская администрация ввела большие пошлины на импорт, что тут же сказалось на количестве нелегально ввозимого товара: казаки не смогли преградить путь контрабанде, потеряли доверие властей, и их отвели от границы на 3-5 километров, сформировав из них вторую заградительную линию. В 1829 году большинство казачьих полков перестало нести охрану границы, а в 1832 году вообще были заменены новой пограничной таможенной стражей.

Царская администрация, видя бессилие казаков, для усиления пограничного контроля бросала всё новые воинские части. В конце концов, в 1827 году охрану границ Российской империи вообще перестроили на военный лад, основав Вирбальский таможенный округ, в котором границу с Пруссией охраняли пограничные службы Таураге и Вирбалиса.

Во всей пограничной зоне с Пруссией, которая достигала около 30 километров вглубь, жителям категорически запрещалось собираться в группы, даже если люди были «без оружия и без товара».

Что же касается контрабанды, то она процветала, несмотря на суровые меры: её отбирали, штраф предусматривался в два раза больше стоимости товара. Разрешённый для ввоза товар, однако доставленный тайным путём или не оплаченный на таможне, конфисковывался, к тому же на его хозяина налагали штраф, в пять раз превышающий стоимость самого товара.

Особо строгие наказания – порка плетьми, каторга, тюрьма, отдача в рекруты или гражданские арестантские роты - ожидали тех контрабандистов, которые оказывали сопротивление пограничникам и таможенникам. Однако все эти старания не помогали: к примеру, в середине XIX века только в одной Ковенской губернии ежегодно арестовывали контрабандных товаров на 30-60 тысяч рублей! Более того: контрабандисты настолько обнаглели, что постоянно вступали в стычки с солдатами, начали вооружаться, так что большинство попыток их задержать заканчивалось перестрелками.

Как контрабандисты свой груз «страховали»

В тридцатых годах XIX века контрабанда в прусско-литовском приграничье становилась всё организованнее, а контрабандисты начали разбиваться на касты. А некоторые общины Пруссии стали своеобразно «страховать» переброску контрабанды. Так, попавшийся житель прихода деревни Лаукува Нотка Блюмберг во время следствия раскрыл схему такой «страховки». По его словам, богатые купцы нанимали «транспортировщиков», которые в Пруссии закупали необходимое количество товара, но оплачивали за него только часть денег, а оставшуюся обещали вернуть только в том случае, если нелегальный товар благополучно пересечёт границу. В случае неудачи «транспортировщик» продавцу деньги не возвращал, однако терял и те, что уже вложил.

Кстати, для транспортировки контрабанды обыкновенно нанимали так называемых «фурманов», чаше всего – местных евреев. Их среди контрабандистов было очень много. Документы той поры, например, утверждают, что они в Таурагском крае контролировали всю торговлю, несмотря на все пограничные ограничения. Кроме того, они не только контролировали всю нелегальную торговлю, но и снабжали продуктами питания, промышленными товарами тех же российских пограничников.

В 1845 году солдатам-евреям запретили служить в пограничной охране, поскольку они не разрывали свои отношения с соотечественниками-контрабандистами, а в 1861 году евреям вообще запретили селиться ближе 50 километров от границы.

Тогда, так же, как и сейчас, таможенникам и полицейским чаще всего попадала в руки «мелкая рыбёшка» – уже упомянутые «фурманы». Их через посредников купцы нанимали из низших общественных слоёв: сбежавших преступников, прятавшихся от рекрутства, дезертиров, бандитов.

С другой стороны, среди «фурманов» хватало и желающих подзаработать крестьян, книгонош. Так что контрабандисты представляли собой пёструю публику, которую трудно охарактеризовать одним словом или «наклеить» на них общий ярлык.

Попавшиеся возницы уверяли, что не знают, кому принадлежит товар, так что «боссов» контрабанды чаще всего не могли установить или те успевали спрятаться.

Сеть контрабандистов особо опутала Тяльшяйский и Расяйнский округи, однако она существовала также и в других приграничных районах. Даже в официальных документах - к примеру, в издании, посвящённом 50-летию создания Ковенской губернии, царским наместникам пришлось признаться, что большинство живущих на границе с Пруссией и Королевством Польским крестьян и евреев занимаются контрабандой, причём в особо больших количествах «перебрасывается» спирт.

Процветанию контрабанды способствовала и пошлинная политика Российской империи. Например, в 1857 году были установлены очень маленькие налоги на предметы роскоши, которые крестьянам вовсе были не нужны, зато огромные - на дешёвые бытовые немецкие товары, к тому же более качественные, чем российские. Поэтому неслучайно вскоре в официальных отчётах таможенников появились сообщения о том, что обложенные большими пошлинами товары в страну ввозятся, цитирую, «почти без исключения тайно... и очень много».

Интересно: в книге «В воспоминаниях жямайтийцев», выпущенной в 1842 году, не раз упоминалось, что живущие в «прусском приграничье» крестьяне живут богаче, чем их соседи. То же самое утверждалось и в очерке 1874 года о Расяйнском округе.

Чаще всего контрабандисты через границу доставляли серебряные и галантерейные изделия, сахарин, спирт, чай, сигары.

Никто не хотел уступать

Сохранившиеся документы начальников таможенных округов свидетельствуют, что в XIX веке прусско-литовская граница стала настоящим полем битвы, где между контрабандистами и российскими пограничниками нередко вспыхивали настоящие бои. Контрабанду, которая называлась «партиями», в третьей и четвёртой четверти века транспортировали отчаянные мужики, сбивавшиеся в отряды по 20-100 человек.

Восстания в Литве 1831-го и 1863 годов «помогли» крестьянам обзавестись в достаточном количестве оружием, так что многие отряды вооружились стрелковым оружием, к тому же их поддерживали и прятали местные жители. Поэтому не случайно губернатор Ковенской губернии тогда писал: «...Нахальство контрабандистов достигло крайнего предела».

В 1831 году российские пограничники могли только бессильно наблюдать за отрядом, состоящим из семидесяти контрабандистов, которые появились в деревне Каупяй Расяйнского округа. Задержать их не удалось, поскольку они «всё время отстреливались». Пришедшие на помощь жандармы окружили весь район, но контрабандистов уже и след простыл. К тому же никто из местных жителей не стал помогать военным, а всё мужское население Каупяй «куда-то пропало».

Примерно в то же время другая «партия» контрабандистов в 70 крестьян, сопровождавшая три повозки, избила возле деревни Стремкайчяй охранников местной пограничной заставы и спокойно перешла границу.

Бандиты настолько запугали тамошних «погранцов», что все «отряды» на том участке некоторое время проходили границу безбоязненно. Примерно через месяц русские пограничники нанесли ответный удар: внезапно напали на отряд в тридцать человек, возвращавшийся с контрабандой из Пруссии. Во время перестрелки погибло несколько крестьян, остальных спасли жители, предоставив им убежище. Контрабандисты не остались в долгу: в июле 1833 года они спровоцировали перестрелку возле деревни Вайнутас, туда поспешили все местные силы пограничников, а в это время другой крупный отряд контрабандистов напал и ограбил саму заставу в Вайнутасе.

Или: в 1834 году сотрудники Крятингской заставы задержали прусского земледельца, однако вскоре 100 вооружённых мужчин напали на заставу и освободили своего соотечественника. Подобная история повторилась в 1840 году в деревне Швекшна: крестьянский отряд напал на русских военных, охранявших конфискованный товар, и отбил его. Потом, во время следствия, арестованные свою вину отрицали, «кивали» на немцев, однако, по сведениям жандармов, каждый крестьянин, участвовавший в «освобождении», получил от главаря шайки по 6 серебряных рублей.

В октябре 1844 года крупное столкновение произошло недалеко от заставы города Паланги. Там схлестнулись 25 царских пограничников с 80 контрабандистами. Во время боя погибло четыре контрабандиста, столько же было ранено, двое пограничников получили тяжёлые увечья, задержано 43 узла с нелегальными товарами, 11 винтовок и один пистолет.

К середине века в приграничье сформировалась крупнейшая шайка Раудонкрутиса (он же - Юозас Юодейка, он же – Йонас Вайткус), которая занималась не только грабежами, вымогательством, воровством, но и контрабандой. Вначале в ней состояло 25 человек, затем шайка выросла до 400 членов! Она действовала на территории Литвы и Пруссии, долгое время должностные лица обоих государств не могли напасть на её след, поскольку местные жители отказывались сотрудничать с полицией.

На поиски бросили войска. Русские власти выставили 233 пехотинца и 46 казаков, примерно столько же – прусские, однако и они не могли закрыть всю границу. Пруссия пообещала за поимку вожака премию в 100 талеров, а дворянин Яковичюс расходовал на всевозможных агентов и информаторов 555 серебряных рублей, и он же 26 августа 1850 года в деревне Стрибайчяй арестовал доселе неуловимого атамана.

Да и вообще, частота и интенсивность столкновений удивляет: например, с 8 июня по 10 июля 1850 года только на пограничном участке Паланга - Таураге произошло десять столкновений с контрабандистами. По данным официальных документов, в них участвовали около 200-300 солдат и 800-900 контрабандистов.

Один из самых драматичных боёв развернулся на прусско-литовской границе 7 января 1870 года, когда двадцать царских пограничников на лошадях напали на поезд, состоящий из 17 саней: большую часть контрабанды удалось задержать, но четыре пули попали в командира Мелеха, а в часового Щёголева – шесть, оба скончались от ран.

Пути и перекрёстки «святой контрабанды»

Министр внутренних дел Российской империи своим приказом от 5 октября 1865 года запретил печатание и ввоз из-за границы изданий на литовском языке, напечатанных латинскими буквами. Власть всячески побуждала пограничников к борьбе с литовскими книгоношами, нелегально доставлявшими литовские издания из-за границы. Стражам и таможенникам предусматривались специальные премии за задержание такой контрабанды: за каждую книгу – 10 копеек, за пуд газет или других изданий – 10 рублей, однако даже такие вознаграждения не «мешали» пропускать нелегальный груз.

Возьмём, к примеру, тогдашнюю эмиграцию: вряд ли без ведома таможенников могли бы каждый год пересекать границу до 30 000 жителей Литвы, стремящихся добраться до Америки! Между тем в 1875 году на таможнях всей Сувалкской губернии было зафиксировано лишь 96 таможенных нарушений!

Транспортировка же литовской прессы являлась всё же опасным занятием: многим книгоношам приходилось и драться с пограничниками, и быть битыми.

Один из редакторов газеты «Варпас» Йонас Кряучюнас в своих воспоминаниях рассказал об одном таком случае. Однажды к нему в книжный магазин в Тильзите зашёл знаменитый книгоноша Й.Белинис, одежда его была в лохмотьях, лицо разбито. Он поведал, что, процитирую: «...В пограничной пуще на него наставил ружьё пограничник, и ему с тем пограничником пришлось тяжело сражаться. Пришлось быть и наверху, и внизу, и во всяких положениях, но, в конце концов, он взял верх».

Считается, что за 40 лет запрещения литовской печати нелегально через границу «перебрасывали» периодику несколько тысяч книгонош, около 2900 человек пострадали от царских пограничников и полицейских. Однако хочу особо отметить, что книгоноши низшего ранга или более хитрые, сами «нелегалку» не доставляли. Чаще всего они выезжали в Пруссию по какому-то легальному поводу, покупали литовские издания, а через границу её проносили нанятые местные контрабандисты-профессионалы, у которых были свои тайные тропы.

Царские власти не смогли остановить поток литовских книг и газет: с 1865 года до отмены запрета в Литву тайно было ввезено пять миллионов выпущенных за границей изданий на литовском языке. Жандармы смогли конфисковать только около десяти процентов «груза»!

В конце концов, царская власть сама пришла к выводу о бессмысленности такой борьбы, и 24 апреля 1904 года царь Николай II снял запрет на распространение литовской печати, написанной латинскими буквами, которая стала определяющим фактором формирования литовского народа и государственного возрождения. Поэтому-то сейчас её нелегальная транспортировка стала называться «святой контрабандой».



В публикации использованы материалы журнала “Verslo klas?”.
Категории: история
Ключевые слова: Контрабандисты Литвы
статья прочитана 2985 раз
добавлена 22 марта 2012, 13:51

Комментарии

Авторские права на всю информацию, размещенную на веб-сайте Obzor.lt принадлежат редакции газеты «Обзор» и ЗАО «Flobis». Использование материалов сайта разрешено только с письменного разрешения ЗАО "Flobis". В противном случае любая перепечатка материалов (даже с установленной ссылкой на оригинал) является нарушением и влечет ответственность, предусмотренную законодательством ЛР о защите авторских прав. Газета «Обзор»: новости Литвы.
Рейтинг@Mail.ru