Блог им. azimut

Клуб «АЗИМУТ».

Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий.


www.vrtu-vvkure.com
Выпуск № 14.

Завершая зимний сезон...

ПОЭЗИЯ.
На средства Организации ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ издан альманах
«ПАМЯТЬ ПОКОЛЕНИЙ», в который вошли стихи наших авторов, членов
Клуба творческих людей.
Мы поздравляем с этим событием всех авторов сборника стихов.
Приглашаем всех любителей поэзии на презентацию альманаха,
которая состоится 13 февраля с.г в Доме нац. общин г. Вильнюса
Начало в 13 часов.


ЯКОВ КРИНИЦКИЙ.
(Выпускник ВРТУ, Вильнюс.)
ЗИМНЯЯ НОСТАЛЬГИЯ.
Уж нет давно в привычном ощущеньи
Тех зим, что в детстве так любили мы,
Тех снежных вьюг, того мороза жженья,
Растаял образ матушки-зимы.

Теперь мы ставим ёлки из пластмассы,
Всё меньше хвойных запахов в домах,
Теперь приходят наши внуки в классы
Без вдохновенья, без стихов в умах.

В глазах людей не много оптимизма,
Быть может, в этом виновата не зима,
И чувствуется запах пофигизма,
И нету прежней радости в домах.
Январь 2020 г.
Я.К.


В эту морозную ночь.
Стихи, стихи, кругом одна стихия,
Как много чувств, как много разных грёз,
Ночами поздними тебе пишу стихи я,
Хочу, чтоб ты читала их без слёз.

Тебя укрою звёдным одеялом,
Оно тебя согреет в эту ночь,
Хоть жизнь и далека от идеала,
Но грусть твою я отгоняю прочь.

Я понимаю то, что не удастся
Мечтами все проблемы разрешить,
Бывает это только в детских сказках,
А нам с тобой сегодня надо жить.
Февраль 2020 г.

Февраль високосный.
Короткий месяц наступил,
И снег пошёл и дни длиннее,
Январь дорогу уступил
Ему, за то, что он сильнее.

И нам все эти феврали
Давно ужасно надоели,
И в каждом городе Земли
От Сахалина до Кореи

Встречая утро в феврале,
Мы видим хмурые рассветы,
И слякоть в парке, во дворе,
И дни, в которых больше света.

И тонет в феврале Париж,
И падают деревья в Штатах,
Ты почему февраль шалишь,
Всех заставляя жить в растратах?

А мы привыкли к февралям,
Они нас запугать не смогут,
Метель гуляет по полям,
А дождь смывает снег со смогом.
Февраль.
Я.К.


СЕРГЕЙ СМИРНОВ
(Вильнюс).
* * *
Ненастьем изувеченный клочок,
обмётанный морозом лист осины,
бесформенный, пятнистый, некрасивый -
зачем ты мне спустился на плечо?

Не будет здесь спасенья и тепла.
Тщета и твой полёт, и одержимость.
Какая, чтоб ты знал, рука ложилась
сюда - и та согреться не могла!

Какая, чтоб ты видел, голова
сюда, роняя локоны, клонилась!
Пребудь бы с ней и божеская милость-
и то спастись сумела бы едва.

Лети, клочок, обиды не тая.
Не быть ничьим спасителем уже мне.
Верши своё последнее круженье
безропотно, как я своё. Как я...
Сергей Смирнов.
(из сборника стихов "ЗГА")


УБИТ В СРАЖЕНИИ ПРИ ВИЛЬНЕ
Полковник Бибиков в сражении при Вильне
пал в приснопамятном двенадцатом году.
Давненько смерть не жала гуще и обильней,
чем в эту виленскую вьюжную страду.

Закретный бор стоял заснеженной пустыней...
Здесь, тризне наскоро обучены войной,
друзья полковника в могилу опустили
у стен часовенки Натальи Репниной.

В реке забвения, таинственной и гиблой,
исчез бы воин, да искусно отлита,
почти два века над забытою могилой
лежала чёрная чугунная плита.

Лежала в матовой окалине, как в лаке;
летели годы, листопадами кружа.
Плиту не тронули ни немцы, ни поляки,
большевики не уничтожили, и ржа...

И мы, подростки, дети выживших в давильне
войны отцов, в часовню лазили, а там-
старинный слог:" Убит вЪ сраженiи при ВильнЪ"-
и аж озноб по нашим тощим животам!

Плита пропала воровски- её не стало
в те перестроечные подлые года,
когда ужасно "возрождению" мешало
всё, что кириллицей дразнилось без стыда...

Простите татей, Пал Гаврилыч! Нынче карта
легла изменчиво, да это не беда:
полковник, бивший в хвост и в гриву Бонапарта,
здесь спит по праву в ожидании Суда!

Когда же Ангел вострубит в ночи тревогу,
тогда и выкликнут из строя на плацу-
кого на пир небесный одесную Бога,
кого- во тьму земную, к сере да свинцу.
С. Смирнов.

ПРОЗА.
Виктор Бондаренко.
(Выпускник ВРТУ, Вильнюс.)


"Байки старого ПВОшника."
Встреча выпускников.
Прошло не одно десятилетие после выпуска из училища. Четыре года вместе круглые сутки.
В классах и лабораториях, изнурительных марш-бросках и караулах.
За это время о тебе все вокруг знают значительно больше, чем ты сам.
И потихоньку вытягивают у тебя всё лучшее наружу, не обращая внимания на недостатки, которые ты может быть сам берёг,
а может и не знал и отсекают их безжалостно.
Вот за это ты, даже по прошествии стольких лет, благодарен своим однокурсникам.
Отгремел оркестром последний день в училище, рота в полном составе прошла парадным строем у его Боевого Знамени.
Всё! Завтра уже ничего не будет. В опустевшем кубрике родной казармы пусто и гулко.
Лишь ветерок из открытого окна лениво перелистывает страницы оставленного кем-то ненужного уже конспекта.
Ребята улетели в сотню точек огромной страны. Кто-то вернётся ещё в жизни в училище, с кем-то пересекутся суровые трассы службы.
Известные события в стране разбросают нас по разным странам и армиям и всё же, и всё же...
Сегодня праздник, встреча после выпуска. В Минске. Почему в Минске?
Да потому, что только сюда ещё можно приехать ни разу не вспомнив о политике. Ну её к чёрту.
Сегодня здесь собрались мальчишки. Боже мой, сколько времени и труда надо было положить, чтобы собрать их в кучу.
Сотни звонков, писем, поисков по всем социальным сетям и пол - года жизни. Получилось!
С окне каждого подъезжающего такси взволнованные улыбающиеся лица выискивающие в встречающих знакомых. Бесконечные объятия и радость узнавания.
-Это кто? Ты, Серёга?! Ну, нифига себе раздобрел. Сашок, а ты не изменился... Петро, а ты как? Сколько не виделись?
Пятнадцать лет. Ты же менял меня на Кильдине, на Кольском, я тогда на Чукотку, в Угольные Копи заменился.
А помнишь Кольку? Мы с ним в Марах начинали, он погиб. А Римас пропал без вести в Сумгаите.
С Юркой мы в академии вместе учились, он попал в Сангачалы на батальон, а я Калининград, Лунинский РТЦ принял.
Этим разговорам и взаимным узнаваниям конца не будет до самого отъезда. Прерывает на насколько минут это всеобщее братание командир роты, вышедший на крыльцо отеля. И вот уже немолодые люди на ходу застёгивая штатские пиджаки, печатая шаг, подходят по одному.
-Товарищ майор, полковник (капитан, подполковник, генерал-майор) Н. на встречу прибыл. Объятия продолжаются.
Командир помнит каждого. Давно ли это было? Вот этот полковник чуть не вылетел из училища ещё на втором курсе.
А этот майор трижды пополнял служебную карточку ротного очередным взысканием, а вот этот капитан лучше всех в роте знал технику, все преподаватели восхищались им. Как не вспомнить вот этого подполковника, стоявшего на коленях перед преподавателем, на экзаменах по высшей математике, в надежде получить «трояк» клявшегося всеми святыми, что никогда в жизни не применит знания полученные на кафедре.
Много чего было за годы учёбы, каждый из них оставил свой след в душе командира. Всё же хороших ребят он выпустил в жизнь!
Звучит команда. Быстро и без суеты занимают места в строю по-взводно и по-ротно однокурсники.
Появляется Знамя Организации ветеранов училища. Начинается Праздник под наш Гимн, каждое слово которого страничка реальной жизни этих мальчишек. Фотоснимки сопровождающие Гимн это про них. Совсем неважно кто изображён там в реальности. Каждый вспоминает своё.
Первый тост:
- За родное училище, наших командиров и преподавателей!
И вновь глаза каждого прикованы к экрану, третий тост... Боже мой какой большой список ушедших.
Меняются их фотографии, мы смотрим и вспоминаем. Что скажешь?
-За вас, ребята, земля вам пухом, мы вас помним!
За праздничным столом время летит незаметно. Стираются различия в званиях, должностях и принадлежностях разным армиям и государствам.
В разных концах стола слышится один и тот же возглас:
-А помнишь...
Встреча заканчивается далеко за-полночь. Четыре часа утра. За длинный день обсуждён уже каждый день разлуки, да и выпито немало.
Все уже угомонились, спят. У входа в гостиницу стоят двое. Лоб в лоб упёршись друг в друга, руки на плечах.
Молчат уже минут пятнадцать. Да и что говорить? Мысли напрямую идут.
-Всё, мужики, заканчивайте, давайте спать, завтра ещё день, наговоритесь.
-Сейчас, товарищ подполковник, сейчас пойдём.
-Да какой я вам подполковник, вы сами уже полковники.
-Нет, - мотают головой оба, - сегодня мы курсанты.

Александр Челноков.
(Выпускник ВВКУРЭ, Минск.)

Вредные факторы.

Был у нас в роте один случай.
Наших соседей, зенитно-ракетный полк, перевели в Саяны, а на его место пришла артиллерийская рембаза.
Стояла у нас радиостанция 412-я, в метрах сорока, от караульного помещения рембазы.
Тарелки на высокой мачте и развернуты в сторону от караулки.
Сначала было все нормально, а после Чернобыля, стали караульные жаловаться на постоянную головную боль в карауле.
Звонит нашему ротному начальник рембазы и говорит, что наша радиостанция облучает его караул.
После Чернобыля, недалекие люди всего боялись. Наш командир, Новицкий Петр Петрович, говорит, мол, это ерунда и чушь
полнейшая, просто солдаты паникуют.
Через некоторое время опять звонок от начальника рембазы. Тут командир начинает уже подробно объяснять, что антенны
развернуты в другую сторону, сами находятся на мачте, высоко и никак не могут зацепить караулку, тем более формируют
узкий луч, и постоянно радиостанция не включена, только по команде сверху, или во время работы. А о радиации вообще
не могут быть разговоры, потому как ее нет.
Начальник рембазы не успокоился и привез комиссию из областного госпиталя.
Пришли с ними на место, командир опять начинает все подробно рассказывать и показывать на "натуре".
Председатель комиссии просит включить радиостанцию и измерить уровень СВЧ около караулки.
Командир говорит, что у нас нечем замерить СВЧ, при каждой замене станции, приезжает армейская лаборатория и замеряет
СВЧ на всей позиции. По последним замерам уровень меньше допустимого. У нас просто нет прибора.
А ему говорят, что можно замерить измерителем уровня радиации. Командир возразил, но не смог переубедить медиков.
Быстренько все сообразил, приказал нашему фельдшеру, Коле Бережному, принести прибор.
Стали мерить СВЧ в миллирентгенах!!! (надо было отправить на Нобелевскую премию).
Стояли в леске, поэтому уровень радиации был низкий и независимо от включения или выключения радиостанции, никак не менялся.
Тут фельдшер поднес "клюшку" к ногам врачей и показания прибора изменились, уровень стал выше. Николай и говорит:
– Это вы нам сюда из города радиацию завезли, посмотрите на прибор!
Так комиссия и уехала. А мы разошлись довольные.
Я не раз сталкивался с некомпетентностью врачей в технических вопросах, хотя, казалось бы, что касается воздействия
на здоровье должны знать. Недавно отправили меня на семинар по охране труда. Одно занятие проводил главврач районной санстанции.
Начал говорить об облучении компьютерами и сотовыми телефонами.
Спросил у него, какие конкретно, вредные факторы воздействуют на человека и чем можно измерить.
Только с моей подсказки смог назвать один - электромагнитное излучение, но количественные нормы и в каких единицах измеряется, ответить затруднился. Говорю ему, что электробритва и пылесос имеют значительно большее магнитное поле, чем компьютер, а чтоб глаза не болели необходимо правильно установить освещение и настроить монитор.
Требования, которые нам приводили, основаны на данных о технике более чем десятилетней давности, с тех пор вычислительная техника далеко ушла.

ЖИВОПИСЬ.
Виктор Ивановский.
(Художник, Вильнюс.)
Материал выпуска подготовил
Яков Криницкий.
Клуб «АЗИМУТ».
Выпуск № 13.
Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий






ПОЗДРАВЛЯЕМ
Дорогих читателей еженедельника «ОБЗОР»
с наступающим 2020 годом!


Пусть Новый год войдёт волшебной сказкой
Во все дома, где этот праздник ждут,
Пускай для каждого он будет самым разным,
Но пусть у всех найдёт покой, уют!

Всем вам желаем мира и удачи,
Мы любим за приветливость вас всех,
А это, правда, очень много значит,
Когда нам всем сопутствует успех.

Пусть близкие, друзья здоровы будут,
Пусть сбудутся заветные мечты,
И всё хорошее пусть долго не забудут,
Чем прошлый год запомнил я и ты.

25 декабря 2019 г.
Руководитель Клуба творческих людей
Яков Криницкий
.

ПОЭЗИЯ





Анатолий Кадров.
(выпускник ВВКУРЭ,
Ростов-на-Дону. Россия)



Волшебные ключи.

Вышли дети играть "В ночь",
Чтобы дедушке помочь,
Он у внуков старенький,
Не встает с завалинки,

Ходит только по ночам,
Взяв с собою чемодан.
Дед седой, как Санта Клаус,
Мало в старом сил осталось,

Может лестницу достать,
Может серп луны подать,
Пальцем может пригрозить,
Если кто начнет шалить.

И у деда от ночи,
Есть волшебные ключи,
Свечи есть, и есть фонарь,
Так что лезь - не хулигань!

Помогать ему не просто –
Зажигать на небе звезды.
Вместе спорится работа,
Есть звезда! Еще охота!

Месяц в небо? Им не лень,
Кепку-тучку набекрень,
Нахлабучили. Он светит,
На тот дом – откуда дети.

В доме бабушка живет,
Кружева свои плетет,
Волны, небо, облака –
Как легка ее рука,

Все вокруг – ее заслуга,
Мастерица, просто чудо.
А еще у ней в печи,
Поспевают пироги,

Скоро внуков дед вернет,
Завершив ночной обход,
Принесут те смех и звон,
В разговоры за столом...

НОВОГОДНЯЯ НОСТАЛЬГИЧЕСКАЯ…

Форма отутюжена, в дефиците «двушки»,
Новый год! Подтянутся к десяти подружки.
На огни слетаются к нам в ВВКУРЭ,
А у нас готово все: ёлок даже две.

Младшие в спорткомплексе встретят Новый год,
В клубе будут старшие. Иль наоборот.
Новый год в училище! И опять без снега,
Строем в клуб под дождиком от дворца Сапеги.

В Новый год дневальными залетчики стоят,
Часовые на постах (а что делать?) бдят,
Как всегда, ответственный с нами офицер,
И ему отбить нас в два, как всегда, не лень.

Как всегда, расстанемся. Как всегда – звони…
Не грустите, девушки! Выходные дни,
Вот они… Да, завтра же…. Там же, у ворот…
Так же все, по-старому… Здравствуй, новый год!

Михаил Боженккин

(преподаватель ВВКУРЭ, Вильнюс)




ОТКРОВЕНИЕ.

Дорогая моя, пред тобой преклоняю колено,
Дай мне нежные руки в большие ладони мои,
Сколько лет я люблю и люблю я тебя вдохновенно,
Потому, что любовь, потому, что любовь у нас с тобой на двоих.

Пускай ты не герой, на груди твоей нету медали,
Но ты‐нежная мать наших милых детей дорогих,
И прости, что порой вместе с радостью были печали,
Утешает лишь то, утешает лишь то, это было всегда на двоих.

У нас всё впереди, ещё песни с тобой не все спели,
Благодарен я Богу и детей благодарю дорогих.
Будет радость и смех, может будут крутые метели,
Дай же Бог, дай же Бог, чтобы было всегда на двоих.

Валентина Фатеева.
(Вильнюс)






Осенний Вильнюс.

По ковру увядших листьев
Медленно пройдусь.
Осень пишет рыжей кистью,
Навевает грусть.
Залюбуюсь я палитрой
Пёстрого холста,
Шепчет гостья вслед молитву
Палого листа.
Шорох листьев под ногами,
Я не тороплюсь…
Время новыми кругами
Изменяет вкус.
Город в сумерки наряжен,
Неба блёклый цвет,
По краям небесной чаши
Розовеет свет.
Расписалась ночь мазками
В сизых небесах,
Распласталась над мостами
И зажглась в глазах.
Словно жёлтый бисер, город
В огоньках лежит.
Под ногами листьев ворох
Тихо ворожит...

* * *

ПРОЗА.

Виктор Бондаренко
(выпускник ВРТУ, Вильнюс)

Падает снег.

Лето, жара. Из распахнутого настежь окна квартиры на втором этаже звучит знакомая мелодия.
В глубине комнаты на диване сидит мальчишка лет пятнадцати.
Он поднял голову вверх и, закрыв глаза, слушает музыку.
Боже мой! Это же «Tombe la neige» («Падает снег») Сальваторе Адамо. Он и поёт.
Все мы прошли через пору молодости и романтики. Некоторым повезло и они остались романтиками на всю свою жизнь.
Первые влюблённости, свидания, встречи, оставляют свой след в памяти. И всех нас, без исключения, сопровождает
всё это время музыка.
Одна из них и, наверное, самая любимая всю жизнь , - «Падает снег»
Сегодня этой песне уже 55. Она и написана двадцатилетним юношей в далёком 1963 году, когда на свидание не пришла его девушка.
Обвинив во всём конечно же не её и не себя, а плохую погоду, он, вернувшись домой, написал эту, любимую миллионами людей, песню.
Кто он, Сальваторе? Родившись в Италии, его семья затем переехала в Бельгию.
В семье говорили по-итальянски, вокруг – по-французски. Выучившись игре на гитаре, он со школьной скамьи писал песни и участвовал в различных конкурсах.
Так, что стихи он писал и пел по-французски, хотя их мелодичность живо напоминала итальянские мелодии.
Написав «Tombe la neige» Адамо в один день стал знаменит на весь мир.
Его песни исполнялись везде от Японии до СССР. В Японии эта песня вообще считается своей, национальной, а когда
Адамо на гастролях в Токио спел её на языке оригинала, ему не поверили. Наша лучше.
В СССР Адамо был неоднократно.
Впервые в 1972 году. Выступал в Лужниках.
Я тогда был в Москве, так хотелось попасть на концерт, но, - обломилось... билетов было не достать.
Пел эту песню на русском и французском языках и наш великий Магомаев.
Адамо очень страдал от того, что его считали автором одной песни.
Он написал много хороших вещей и в разных музыкальных жанрах.
Но «Падает снег» лучшая. У меня есть пара альбомов с его песнями, и, что интересно, на мой взгляд,
в каждой его песне в той или иной мере присутствует «Tombe la neige».
Несмотря на мировую известность Сальваторе Адамо не «забронзовел».
Он часто выступает с концертами.
Очень много он занимается благотворительностью.
Большие деньги перечисляет больным детям, людям попавшим в беду в результате военных конфликтов, пишет музыку и поёт.
Сегодня его самую популярную песню можно услышать в оригинале и на русском языке в исполнении кого угодно от Валерия
Леонтьева и Олега Погудина до Гарика Сукачева и Олега Скрипки.
И всё же, хотя я вообще не знаю французского, лучше передаёт смысл музыки только он, Сальваторе Адамо, на родном ему языке.
А в квартире напротив, мальчишка, поставив мелодию в третий или четвёртый раз, кружится с закрытыми глазами в каком-то
замысловатом танце....

Послушайте эту прекрасную песню. Вспомните...

https://ok.ru/video/88187538075



Фотоискусство.

Зимние этюды.

В нынешнюю бесснежную прибалтийскую зиму о занесённых снегом полях мечтает фотохудожник Богдан Бродовский (г. Вильнюс).


Материал выпуска подготовил
Яков Криницкий
Клуб «АЗИМУТ».
Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий.










ПОЭЗИЯ.


АНАТОЛИЙ КАДРОВ.
Выпускник Вильнюсского высшего командного училища радиоэлектроники ПВО.
Живёт в Ростове-на-Дону.



СТИХИ ЖЕНЩИНЕ.


Корнет.
Корнет! Не надо обещаний…
Скажи лишь - будешь вспоминать,
Истому и переживанья,
И то, что было час назад?

Корнет! Не надо слов на ветер…
Не нужен твой прощальный взгляд…
Скажи – ты был со мною честен?
Ты как и я был встрече рад?

Корнет! Не надо строить планов,
Пустых фантазий не люблю…
Ты б видел, как я улыбаюсь,
Когда вослед тебе смотрю.

Корнет! Свободен! Будь, с кем хочешь!
Как этот утренний рассвет…
Я жду тебя и днем, и ночью,
Корнет! Корнет….Корнет…. Корнет…







Всему виною белый зонт.
Всему виною белый зонт,
Его опробовать хотела,
Как дождь пошел – так полетела,
Ну, как же, под рукою он!

Теперь идет. И шаг не робкий,
И не сутулится спина,
И средь толпы она одна,
С такою гордою походкой.

А я? Мгновеньем раньше, не со зла,
Загнул очередной экспромт,
(Всему виною белый зонт!),
Его раскрыв, она ушла.

Туда, где полутени серы,
Навстречу парочкам без лиц,
А ну как брякнется кто ниц,
У ног моей роскошной леди?

Ее спина – сплошной укор,
Он даже виден с-под зонта,
Пойду-ка, лучше брякнусь я,
Чем мыслить этакий вот вздор.

Догнав, скажу, что быть негоже,
Одной под куполом зонта,
Ведь где один, то там и два,
И что она мне всех дороже…
........................................................
… наверно, дальше не пойдем,
.. там впереди… такая серость,
А нам вот здесь -так захотелось,
Стоять, прижавшись, под зонтом…

Ну, придумай что-то, дорогая…

Ну, придумай что-то, дорогая!
После банок схожие следы,
Медсестра на теле оставляет,
И, причем, не только на груди.

Ну, придумай что-то, дорогая!
Синим я пришел к тебе к утру,
Ну, работа у меня такая,
Я на ней и в праздники пашу.

Ну, придумай что-то, дорогая!
С пятницы не видела меня?
Понедельник нынче? Понимаю,
Так то былА какая пятница?!

Ну, придумай что-то, дорогая!
Пятница… Тринадцатое… Жуть!
Там была такая свистопляска.
Тебе меня не жалко? Ни чуть-чуть?

Ну, придумай что-то, дорогая!
Псина, снова будешь ты молчать,
Я принес тебе кулечек с «Чапи»,
Где ошейник? Мы идем гулять…






АНАТОЛИЙ ПИЦЫК.

Выпускник ВРТУ. Живёт и работает в Симферополе.







МОРЕ И ГОРЫ.




Море я люблю, люблю и горы
Сила скрыта в них и красота:
Море манит в дальние просторы,
В горы тянет многих высота.

Две стихии, два земных творенья
Нас зовут любить и покорять.
Смельчаки ушедших поколений
Отправлялись в путь их штурмовать.

Тех, кто завершил свой путь счастливо,
Нам узнать по картам так легко
В именах заливов и проливов
И вершин, что выше облаков.

В детстве часто люди бредят морем,
Моряками хочется им стать,
Океанов бороздить просторы,
Приключений в странствиях искать.

Те, кто в жизни отыскал опору,
Сильным стал, свершил немало дел,
Испытать себя уходят в горы,
Покорять их, как Высоцкий пел.


* * *

Вместе быть всегда с горами, с морем
Я такой мечтой заветной жил,
Охранял воздушные просторы,
На горе у моря я служил.

С сопок видел я, как мир не узок:
Позади тайги не виден край,
Берега пролива Лаперуза -
Впереди, а справа нас- Китай.

В ясный день бескрайние просторы
Моря, разлились голубизной,
А над ними розовые горы
От цветов багульника весной.

Вихри мощные лихой норд-ост обрушит,
Море выстроит гигантских гребней ряд,
Горы и тайга раскаты грома слышат,
Так гремит высоких волн накат.

Но, как только ветер чуть отпустит,
Волн спадёт гремящий хоровод,
Берег виден весь в морской капусте,
В воздухе разлил свой запах йод…

Как жалею я, что не художник,
Не хотел учиться рисовать,
У природы я теперь заложник:
Не могу, что вижу – воссоздать.

Я на холст бы бросил моря марево,
Серость сырости, чуть видимый закат,
Пену волн, кипящих будто варево,
Меж камней и скал бегущих вспять.

Осенью в горах разлит багрянец,
Моря цвет стал тёмно-голубой,
Волны прекратили буйный танец,
Тишина настала и покой…

Над простором ярко солнце светит
И как жарким летом льёт тепло,
От цветов раскрывшихся соцветий
На душе становится светло.

Красотой нельзя не восхищаться,
Первозданный край не увидать,
Трудной жизни маленькое счастье
До сих пор люблю я вспоминать.






ПРОЗА.



ОЛЕГ СТЕПАНОВ.
Выпускник ВРТУ. Живёт в Волгограде.
Под музыку "Битлз"

Байки о курсантской учёбе.
Дело было на третьем курсе.
На том курсе, на котором наш ротный, Валера Новосадов, отпустил нам "вожжи" после перманентных "вздрючиваний" на первом и втором… Вспоминать что-то после первого и второго курсов практически нечего!
Так, ерунда одна…
Но на третьем, мы давали "жару"!!!
И вот подошло лето, после этого "жаркого" третьего курса!
Уже все нормальные люди получили отпускные документы…
Уже опустела казарма…
И остались в ней одни "заслуженные" люди! По "совокупности заслуг", Новосадов, нежно улыбаясь, перед строем раздавал задания.
Кому что, а четверым "клоунам", мне, Леше Лазуну, Гене Дедову, и, если не ошибаюсь, Юре Козулину,
"Бог послал" красить плинтус по всему периметру казармы.
Причем условие задачи "гласило": "Краски – нет, кистей – нет. Сделаете за 10 минут, уедете через 10 минут. За час, – через час. За сутки – через сутки. Сделаете, сразу отпускаю! Вопросы есть? Все, время пошло!". И исчез в канцелярии…
Открыв рты от такого "условия задачи", мы остались стоять посредине казармы.
Первым голос подал Лазун: "Какого ... стоим, вперед"!
Средневековые алхимики отдыхают!
Рецепт составления краски был прост, как старая курсантская портянка, выданная нашим старшиной Юрой Широбоковым.
А именно:
1. Стакан нормальной половой краски (больше не нашли).
2. Два пузырька йода, среднего объема.
3. Пара стаканов олифы.
4. Пара-тройка столовых ложек порошкового красителя для пола.
5. Пара стаканов оружейной смазки.
6. Красная гуашь, добавляется по колеру.
"Толпа": "Блин, не высохнет!!!".
Лазун: "Не, высохнет, зуб даю!!! Не ночевать же здесь! Пропьем последние деньги!".
И "процесс" пошел!!!
Кисти!
Из всех проверенных тумбочек извлечена пара бритвенных помазков и зубная щетка, забытые "уносящими ноги" курсантами.
Музыка!
Я вставляю в шарманку кассету битловского "Револьвера", один из "Великих" произносит: "One, two, three…"!!!
Технология покраски – совсем несложная.
Двое держат фанерки, чтобы не испачкать стену и пол, одной рукой, а другой рукой "красят" помазками.
Третий держит "тару", чтобы не пролить этот "дефицит". Четвертый – метет пол перед этой "бригадой" веником и зубной щеткой, "на мелочах"!
Битловский "концерт" еще не успел закончиться, а в дверь канцелярии уже "постучали"!
Новосадов, ошарашено, смотрит на часы, и говорит:
"Я – человек Слова! Как сказал, так и будет!".
И мы выпорхнули из казармы.
Прошел отпуск…
Юра Козулин побывал у меня в гостях, в Волгограде.
"Лето, эх, лето…"!
Снова – Вильнюс, снова – казарма…
Контрольное построение "после отпуска", перед нами – Новосадов. Нашу "бригаду" выводят из строя.
"Товарищи курсанты! Вот этим людям была поставлена "дембельская" задача покрасить плинтус по всей казарме!
Они ее достойно выполнили! Но, прошел целый месяц, а плинтус – не сохнет! Чем они его, покрасили?".
Гомерический хохот всей роты!
И снова – "Битлз"!
Но уже не спеша, нормальной краской и нормальными кистями, мы заново красим плинтус, предварительно отмытый бензином и растворителем.
"Говорили тебе, "клоун", что не высохнет!".
Лазун, тихо матерясь, старательно водил кистью…







ФОТОИСКУССТВО.


Богдан Бродовский.
Продолжаем представлять работы фотохудожника Богдана
Бродовского, которому интересны как городские, так и загородные сюжеты. Реальный мир, без прикрас – в объективе его фотоаппарата раскрывает окружающий нас мир.















Материал 12 выпуска Клуба «АЗИМУТ» подготовил Яков Криницкий.
Клуб творческих людей "АЗИМУТ"
Организации ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ
Руководитель Клуба –Яков Криницкий

«И снова осенью подуло...»



ПОЭЗИЯ.

Александр Илларионов.
(Алитус.)








«Пока я жив – я буду петь».
Эти слова, сказанные Высоцким, заставили меня задуматься над ними и я пришёл к такой мысли.
Что, если Владимир Семёнович захотел бы их продолжить в виде стихотворения и как бы оно прозвучало?
Я попытался смоделировать эту ситуацию и написал стихотворение "Пока я жив".




1. Пока я жив, я буду продолжать.
Писать, читать, играть и снова петь,
Пока я жив, мне есть о чём сказать,
А после и не страшно помереть.

2. Пока я жив, я должен не молчать,
И донести до тех, кто слеп и глух,
Я призван от рождения кричать,
Хрипеть навзрыд, рыдая вслух.

3. Мой рок судьбы не милостлив ко мне,
И жизнь моя не слава, не почёт,
Я прожил много лет , как на войне
На фронте - год за три - таков расчёт.

4. Влекла меня не слава, не молва,
Умножь на три и ты поймёшь всю суть.
Стихи мои, и песни и слова
Шипами выстлали мой уходящий путь.

5. Пока я жив, мне есть о чём спросить,
Пока ты жив, ты сделал всё, что мог?
Ты понял, для чего ты призван жить
И что успел в назначенный ТАМ срок?

6. Пока я жив, я буду помнить всё,
Добро и зло, любовь, измену, веру,
Пусть ненависть в моей душе трясёт
И пусть добьёт в ней безразличья меру.

Пока я жив – я буду петь!

====================================
Осень.
Александр Илларионов.


Люблю зиму, люблю и лето,
А также осень и весну,
Люблю закаты и расcветы,
Люблю ночную тишину.

Весной цветы, а летом краски,
Лужок, ромашки, лес, вода,
Зимой причудливые сказки
Про лето снятся иногда.

А осень хмурая и злая,
За что же мне её любить?
Всегда унылая такая,
Но не могу её забыть!

Она нежна, тонка и чутка,
Она мне душу бередит,
Я забываюсь на минутку,
А лес меня к себе манит.

Я на коленях пред берёзкой
Листву опавшую вдыхал,
Я стал как будто бы подростком,
Душой и телом отдыхал.

Мечтал о том, чего не будет,
Любил того, кого уж нет,
И может лес опять разбудит
В душе осенний чистый свет.

И может быть в краю далёком
Я вижу осень не такой.
Меня манит к своим истокам,
Где обрету души покой.

Зиму люблю, люблю и лето,
А также осень и весну,
Но осень я люблю особо,
И сам не знаю почему.


Яков Криницкий.
(г. Вильнюс).







Осеннее чудное время.

Осеннее чудное время,
Унылости места в нём нету,
Мы сбросили тяжкое бремя
Ушедшего жаркого лета.

Покой на душе и в природе
Ведь должен порой наступать,
И мы вдохновенно приходим
К делам и заботам опять.

Машин и прохожих движенье
Нас радует этой порой,
И листьев головокруженье,
И парков уют и покой.

Вот так бы по жизни хотелось,
Чтоб длилась времён череда,
Чтоб нам и грустилось и пелось,
Не часто, а так, иногда.

Идут дожди.

Яков Криницкий

От серости вокруг всё стало хмуро,
Погоды лучшей ты теперь не жди,
И в серых лужах солнце утонуло,
Идут над городом холодные дожди.

Ещё сентябрь, осень лишь в начале,
Но отчего вокруг такая прыть?
Из тихой гавани наш пароход отчалил,
Стараясь вдаль от осени уплыть.

Врываясь в окна звуками морзянки,
И в вальсе сумасшедшем покружись,
В ушах шумит как будто после пьянки,
Дожди весь день, а кажется всю жизнь.

Уже ничто нас в жизни не пугает,
И нам не страшно мокнуть под дождём,
Очередная осень наступает,
Но мы весну с тобою подождём.

Сентябрь-2019.


ПРОЗА.

Байка Виктора Бондаренко.
В. Бондаренко - выпускник ВРТУ 1970 года. (г.Вильнюс)









Лейтенант.
Жизнь командира взвода пехоты во время Великой Отечественной войны не превышала в среднем трёх суток. Командир пулемётного взвода не доживал и до двух.
Что такое пулемётный взвод? Два пулемётных расчёта по шесть человек в каждом, вооружённых винтовками и командир взвода со своим ТТ, обслуживали два мощнейших по тем временам скорострельных орудия – пулемёты Максим калибра 7,62 мм.
Страшное было оружие в умелых руках.
По скорострельности, дальности и точности превосходило даже немецкий MG-42 (лучший пулемёт второй мировой).
Главный его недостаток, - вес. Попробуй, потаскай сам пулемёт, 15 кг., воду охлаждения 5 л. и, особенно, станок – 45 кг. Ну и запас патронов, естественно, 12 коробок по 250 патронов. Однако, если всё это было расставлено правильно, номера расчётов знали своё дело, то любая атака было обречена на неудачу изначально.
Именно поэтому главное в разведке переднего края противника, - определить позиции пулемётчиков, и сосредоточить огонь всех видов оружия на них.

В середине 1944 года молодой лейтенант, прибыв после краткосрочных курсов младших офицеров, получил под своё командование такой вот пулемётный взвод. И хотя на фронте с 1941 года, повидал многое в пехоте и разведке: оборонял Кавказ, освобождал Киев и Закарпатье. Да и берегли его, как могли на войне. Ведь начал воевать, когда ему ещё и 16 лет не исполнилось. Но одно дело быть рядовым, и совсем другое, - вести людей за собой и отвечать за них и за выполнение поставленной задачи.
Два командира расчётов с большим сомнением рассматривали нового командира взвода. Каждый из них годился ему в отцы. Ну, да первый же бой расставил всё по своим местам.
Когда в горячке боя командир расчёта был ранен, а наводчик растерялся, у замолчавшего пулемёта оказался шустрый взводный.
Быстро устранив неисправность, - матерчатая пулемётная лента надорвалась и патрон перекосило в затворе, - лейтенант сам лёг за бронещиток. Огонь вёл мастерски. Немало врагов нашли свою смерть за бруствером его окопа.
Это стало его «визитной карточкой» на всю жизнь. Хочешь, чтобы было хорошо, - умей сам и научи подчинённых.
Через пару месяцев в представлении его к ордену Красной Звезды, командир 1157 стрелкового полка 351 стрелковой Шепетовской Краснознамённой дивизии 1 украинского фронта писал:
«В ожесточённом бою за овладение городом Долина 30.07.44 пулемётный взвод, успешно прикрывая движение вперёд нашего стрелкового подразделения, уничтожил две огневые точки противника.
В один из моментов боя, когда противник численно превосходящими силами перешёл в контратаку, взводный сам залёг за пулемёт заменив выбывшего из строя наводчика. Даже в тот момент, когда вблизи разорвавшейся миной были выведены из строя остальные номера расчёта, взводный не прекращая огня расстреливал наседавших гитлеровцев. Немцы не выдержав откатились назад преследуемые нашими подразделениями, оставив свыше 30 трупов.»
Сухие строки представлений к наградам не дают разгуляться фантазии, но вы всё же представьте эту картину реального боя.
Один против лавы гитлеровцев.
Или вот, ещё.
«В жарком бою в районе села Нягрын взвод двумя станковыми пулемётами оборонял важный участок дороги.
Когда венгры пытались пробраться через высоту, взводный, подпустив их на расстояние 30 метров открыл уничтожающий огонь, уничтожив свыше 40 венгров. В бою за высоту 820, когда из строя вышли два расчёта, взводный, собрав оставшихся бойцов, умелым обходным путём, таща за собой станковый пулемёт, подобрался почти вплотную к противнику, находящемуся на высоте.
Внезапно атаковав противника, бойцы одними из первых ворвались на высоту.»
Это какое же надо иметь самообладание, выдержку, уверенность в себе и своих подчинённых!
30 метров до идущего в атаку противника! А потом ещё и переть на высотку 65-килограммовый пулемёт.
Это строчки из Наградного листа. За тот бой взводный получил орден Богдана Хмельницкого 3 степени.
А через три недели лейтенанта, уже командира пулемётной роты, представляют к награждению Орденом Отечественной войны 1 степени.
«7 ноября 1944 года в бою на подступах к Стретаве при форсировании четырёхкилометровой водной преграды разлившейся реки Уж, под интенсивным артиллерийско-миномётным и пулемётным огнём противника выдвинул пулемёт роты впереди боевых порядков по дамбе, внезапным массированным огнём обрушился на огневые точки противника.
Когда началась переправа, используя подручные средства переправил пулемёты и личный состав роты в числе первых эшелонов пехоты, проявив при этом личное бесстрашие и мужество.
На противоположном берегу рота, заняв выгодные позиции, открыла интенсивный огонь по отступающей пехоте противника, что содействовало успешному выполнению боевой задачи по овладению населённым пунктом Стретава с малыми потерями.»
А впереди были ещё бои. И взятие Будапешта и бросок на Прагу.
А чем измерить переживания молодого офицера, когда его, контуженного, бойцы оттащили в тыл, но пулемёты оставили на высотке?
Бросил оружие! За это во фронтовой обстановке наказание одно, - расстрел.
И неважно, что бойцы докладывают, что пулемёты разбиты вдребезги. Докажи.
Трое суток, пока ту высоту не взяли назад и не нашли остатки пулемётов, лейтенанта держали запертого в сарае. Шло следствие.
Всё это смыла только Победа! Впереди была жизнь. Ведь лейтенанту 9 мая 1945 года исполнилось только 19 лет.

Это фронтовая судьба моего отца, - Леонида Викторовича Бондаренко. Год рождения 1926. На фронте с 1941 года

Фотоискусство.

Фотохудожник
Богдан Бродовский (Вильнюс).








Сегодня мы представляем работы фотохудожника, которые сделаны им в прекрасное осеннее время.




Материал подготовил
Яков Криницкий
Клуб творческих людей "АЗИМУТ"
Организации ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ
Руководитель Клуба –Яков Криницкий


Сегодня мы представляем вашему вниманию юбилейный – 10-й выпуск материалов из Клуба творческих людей сайта Организации ветеранов Вильнюсского радиотехнического училища войск ПВО страны-Вильнюсского высшего командного училища радиоэлектроники ПВО.

ПОЭЗИЯ.
Сергей Смирнов.
Сергей Смирнов- кадет, поэт, бард. Живёт и творит в Вильнюсе.
Стихи Сергея, положенные на музыку, которые автор сам исполняет на своих творческих вечерах, трогают души слушателей своей искренностью, лиричностью и исторической правдой.




Покаянное.

...плачуся дел моих горько.
Канон покаянный.

В гробу я буду страшен -
гримёры сплошь жульё,
А, впрочем, я не краше
смотрелся и живьём:
глазёнки исподлобья,
смешки исподтишка...
А душенька - холопья,
а косточка - тонка.

Я пил плохую водку,
курил плохой табак,,
прожженную молодку
водил в плохой кабак.
Как в дерево сухое
врастают споры мхов,
вросло в меня плохое
до самых потрохов.

Желал дешёвой силы,
но, сроду не рисков,
искал для драки славбых,
для спора- дураков.
Забыл, откуда родом,
не знал, в кого с лица,
а мать-отца не продал-
так не было купца.

Я ловок был в обмане,
а с виду простоват,
я нож носил в кармане,
но трусил доставать.
Я крал, добра не помнил,
свидетельствовал-лже...
Меня в долинах тёмных
приметили уже.

И вот стою у края,
а там за краем, тьма,
В ней отблески играют
недобрые весьма.
И стонет там -не ветер
и плачет – не сова:
там черти шельму метят,
лихая голова...

Лежал в траве мальчишка,
смотрел на облака,
Распахнуто пальтишко,
откинута рука.
Над ним сосна качала
Верхушкою в тиши...
Отсюда бы – сначала!
Да кто мне разрешит...

* * *


Брожу по Евфросиньевскому кладбищу,
как будто меж камней заветный клад ищу,
и стук моих избитых башмаков
тревожит супесь шаркающей гаммою,
но знаю- князь Щербатов рад шагам моим,
и рад им подполковник Пеньжаков.

- Земля вам пухом, воины Империи,
двухглавого орла стальные перья!
Вас трубы в строй уже не позовут.
Дворянство, разночинство и купечество-
покойтесь с миром! Вера и Отечество
ещё по эту сторону живут!

Ушедшие былые поколения...
Клоню свои скрипучие колени я
пред вашей величавой немотой,
пред вашей отошедшею эпохою,
что знаю из учебников так плохо я,
эпохой, терпкой жизнью налитой...

И падают каштаны перезревшие,
и солнце в тёмных кронах ищет бреши, и
осанною нисходит с облаков
на холм, в котором спят мужи Империи-
Щербатов, генерал от инфантерии,
и скромный подполковник Пеньжаков.

Михаил Боженкин


Не так давно вышла в свет книга стихов Михаила Алексеевича "Крики журавлей"
Среди многих стихов поэта, художественного руководителя ансамбля «Играй, баян!»
Михаила Боженкина есть стихи, которые автор переложил на песню и посвятил своей супруге
Зинаиде Ивановне:



"Откровение"
Дорогая моя, пред тобой преклоняю колено,
Дай мне нежные руки в большие ладони мои,
Сколько лет я люблю и люблю я тебя вдохновенно,
Потому что любовь, потому что любовь у нас с тобой на двоих.

Пускай ты не герой, на груди твоей нету медали,
Но ты - нежная мать наших милых детей дорогих,
И прости, что порой вместе с радостью были печали,
Утешает лишь то, утешает лишь то- это было всегда на двоих.

У нас всё впереди, ещё песни с тобой не все спели,
Благодарен я Богу и детей благодарю дорогих,
Будет радость и смех, может будут крутые метели,
Дай же Бог, дай же Бог, чтобы было всегда на двоих.


ПРОЗА
Воспоминание о годах курсантской учёбы Виктора Петрины.
В.Петрина - выпускник ВВКУРЭ 1990 года. (г.Вильнюс)





"На перепутье"

Так называется трилогия беларусского писателя Я. Коласа, экранизация которой проходила в начале 60-х гг.
Последние эпизоды фильма снимались в Вильнюсе осенью 1960 г. на товарной железнодорожной станции. Главный герой фильма убывает на фронты Первой мировой войны сеять революционные идеи в умах солдат. Для массовых съемок пригласили курсантов нашего училища. Не помню, какое количество привлекалось, но не взвод и не два, плюс училищный оркестр.
Процесс " превращения" курсантов 1960 г. в солдат 1914 г. происходил очень просто. Шинели идеально подходили, те и другие не имели на груди пуговиц, застегивались на крючки. Не было в те времена и Юдашкина с Сердюковым, так что погоны у тех и у других были на плечах, а не на груди. Снимались курсантские погоны, взамен пристегивались солдатские. Не помню, что делалось с головными уборами, но запомнились старые кокарды, очевидно их цепляли вместо звезд на шапки. В руки трехлинейка, и вот солдат времен 1914г. готов.
Офицерам наклеивали усы, выдавали соответствующее снаряжение и шашки. Оркестрантам надевали на плечи какие-то полосатые повязки.
Под звуки марша "Прощание славянки" строем производилась посадка в теплушки. На каждой теплушке надпись: "40 чел. 8 лош".
Замечу, что главному герою не понравилась шинель из реквизита киношников. Сняли шинель с нашего курсанта Лени Золотько и отдали её герою на время съемок. Если мне не изменяет память, то фильм предполагалось назвать "На ростанях" ( белорусское название трилогии).
Не обещали и быстрого появления в прокате.
Через год, находясь в отпуске после выпуска, мы с моей супругой пошли в кино на фильм "Первые испытания". Кто же знал?! Насторожился я, когда увидел прощание героя с девушкой. И в последние секунды перед титрами крупным планом показывают мой марширующий взвод.
Впереди с усами, при шашке мой командир взвода Его благородие поручик Кухарев Федор Яковлевич.
За его спиной правофланговые нижние чины Леня Золотько, Коля Травкин, Гиви Кавтарадзе, Юра Сашников.
Вот такая история.


Евгений Мариничев ( Санкт- Петербург).
Выпускник ВРТУ 1967 года.





СЛУЧАЙ НА ОХОТЕ.
1969 г. Однажды, возвращался я с группой офицеров с охоты на горных баранов. Все были до предела измотаны от бесконечных восхождений и спусков по горному ландшафту в течение нескольких часов поисков этих баранов. У меня от перенесенного напряжения были «ватными» ноги и дрожали все мышцы тела. Думаю, что и остальные были не в лучшем состоянии. Вес карабинов, вещмешков и курток спецпошива, навьюченных за плечами, казался пудовым.
Но, в общем, охота была удачной. Видели козлов и даже стреляли. Но далеко было. А если б и попали, все равно бы не достали.
По таким кручам без снаряжения и специальной подготовки только козлы лазать могут. На то они и горные. А мы кто?
Идем гуськом по гальке узкой прибрежной полоски. Справа круча, слева море. Подошли к скалистому мысочку, выдающемуся в море.
Приливная вода закрыла узкий прибрежный проход, по которому мы прошли сюда. Сидеть и ждать отлива минимум 4-6 часов. Это означало, что дальнейший путь предстояло совершить ночью. Такой вариант никого не устраивал, поэтому решили перелезть скалистый выступ мыса.
Для этого надо было преодолеть отвесную стену высотой 12-14 метров, и на обратной стороне примерно по такой же спуститься.
Вперед пошли самые опытные, я последним. Цепляясь руками и ногами за малейшие выступы и трещины, полезли вверх.
Когда я поднялся всего на три метра, первый дал отбой. Дальше цепляться было не за что, а лететь вниз никто не хотел.
Спускаемся обратно, а это еще сложнее. Чтобы обозреть стенку в поисках упоров для ног, нужно хоть слегка отодвинуть тело от нее, а этого так не хочется, ведь за спиной тяжелый груз. Когда лезли вверх, тело буквально прилипало к скале. Спуск потребовал больше времени.
У меня получилось быстрее всех. Ступив на землю, я сбросил с плеч весь багаж и сел отдыхать в ожидании спуска остальных.
Блуждающий взгляд внезапно остановился на предмете, который лежал под скалой, недалеко от места нашего подъема.
Это были наручные часы. Поднимаю. Смотрю, стекло разбито, ремешок порван,
Для нас не было редкостью находить на морском берегу интересные предметы. Море, как известно, самоочищается, и весь мусор выбрасывает на берег. Это и буи с радиомаяками от порванных штормом японских рыболовных сетей, и большие яркие поплавки, и красивые иностранные бутылки из-под спиртного. Один раз нашли даже лодочный мотор “Москва”, весь побитый о камни.
Спрашивается, где его обронили и сколько его таскало море, чтобы выбросить на наш берег. Нате вам подарочек!
Но в наших местах живой души на десятки километров вокруг не встретишь. Глухомань дремучая. И охотникам здесь делать нечего. Удивительно!
- Ребята! – кричу, - часы нашел! Это ж надо! Феноменальный случай! В такой глухомани кто-то когда-то потерял часы, а я нашел! – понесло меня.
- Уму непостижимо! Кругом на десятки километров ни души, а я нахожу современные часы «Слава».
Мои спутники, поочередно завершив спуск, обступили меня, рассматривая часы восхищенными глазами.
- Слышь, а они идут! – сказал кто-то
Округлившимися глазами смотрю на маленькую секундную стрелку. Точно, стрелка движется. Слушаю – тикают. А-бал-деть!
-А где твои часы? – раздался в тишине чей-то голос.
Все инстинктивно резко отдернули рукава и посмотрели на свои часы. Отдернул и я, и посмотрел. О-ба-на! Пусто!
Смотрю на часы.
- Ба! Да это же мои! Ну, ни фига себе! - Опять начал заводиться я с восторгом.
- А если б мы не вернулись, то их бы никто и никогда не нашел, как я.
А-бал-деть!
Я уже понял, что мой старый ремешок лопнул от напряжения мышц на руке, когда я лез вверх по стенке.
Мысочек мы все-таки преодолели по карнизам над морской волной. Падать в воду, в случае неудачи, было безопасней, чем на камни со скалы.
Ну, ты следопыт! – Говорили мне ребята всякий раз, когда вспоминали охотничьи сюжеты. Так меня и звали некоторое время.
Сле-до-пыт!


ЖИВОПИСЬ.

Художник Виктор Ивановский (Вильнюс).
Сегодня из его коллекции представляем портреты его знакомых, в которые художник вложил их характеры, воплотил свой замысел исследования глубин человеческой души.






Материал подготовил Яков Криницкий.
Клуб «АЗИМУТ».
Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий.










ПОЭЗИЯ
Регина Канаева (Вильнюс).

Регина Канаева- руководитель музыкально-поэтического салона "Мелодия жизни"
Активный участник и организатор творческих встреч.
Участник Клуба творческих людей сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.

Сон.
Нежно век коснулся сон.
Ты во сне в меня влюблен.
Слышу ветра тихий смех,
Но любовь, во сне, не грех.

Нежный, жаркий поцелуй.
Ночь любви ты мне даруй.
Жаль, что это сна лишь бред.
И разлучник наш - рассвет!!!
В мамином сердце сыночек живой.

Засыпанный цветом, как снегом зимой.
Кладбищинский холмик, да тумба с звездой.
Родные не ходят к тебе дорогой,
И слез не пролили над этой землей.

Фамилия значится - парень герой.
А был ведь сыночек - любимый, родной.
Лежит на чужбине уж множество лет.
И девичьей ласки ему больше нет.

В пожаре погиб он, в июне, в рассвет.
Не стало сыночка, пропал его след.
Лишь в праздник прохожий положит букет.
И преданно дарит черемуха цвет.

Но в мамином сердце сыночек живой.
Ждет сына - вернется голубчик домой.
И в доме опять будет мир и покой !
Наверно с годами сынок стал седой?


Сергей Фатулев
Выпускник ВВКУРЭ.
Живёт Сергей сегодня в прекрасном русском городе Самаре.


Букет из листьев.
Остались в прошлом молодые годы,
Становится плотней налёт седин,
Вот только осень остаётся в моде
Без объяснений видимых причин.

Из года в год осенние страницы
Листая, что-то ищем между строк,
Завороженно смотрим, как кружится,
Сорвавшись с веток, лист, отживший срок.

Вздохнём, увидев на осеннем фоне
Двух персонажей, просто «се ля ви»*
В руках букет из листьев жёлтых клёнов,
Под патронажем собственной любви.

Не жаль того, что было – это в прошлом,
Сегодня понимаю всё острей:
Приятно, черт возьми, дарить роскошный
Букет осенний женщине своей.
___________
* C'est la vie (фр.) – буквально – «это жизнь», значение в русской интерпретации
– «такова жизнь».

22.09.2018 г.


Обелиски.
В городах и селеньях не близких,
На просторах великой страны,
Память верно хранят обелиски –
Часовые далёкой войны.

Прикасаясь к холодному камню,
Возлагая к подножью цветы,
Понимаю - за мраморной гранью
Похоронены чьи-то мечты.

Учащается сердца биенье,
Мир как будто на время затих…
Пусть на миг, на одно лишь мгновенье
Я увидел себя среди них –

Кто с винтовкой, а кто с автоматом,
Но с отчаянной верой в глазах,
С жаждой к жизни уходят солдаты,
Сделав в вечность последний свой шаг.

Мир как будто опять замирает…
Но за каждой ушедшей мечтой
С неба падают звёзды, сгорая,
Чтобы стать похоронной звездой.

И склоняем мы головы низко,
В сердце трепет, глаза холодны,
Перед памятью в тех обелисках –
Часовых незабытой войны.
-------------------------------------------------------------------------
На фото - один из множества обелисков Самарской области.
Этот находится в п. Красные Дома.
Снимок из личного архива.

ПРОЗА.
АЛЕКСАНДР ВОЛОСКОВ.


Давид, сотворённый... Духом Святым

БИБЛИЯ.
Прежде чем описывать достоинства скульптуры, резца Микеланджело Буанарроти, как
художественный шедевр, необходимо знать о самой личности, запечатлённой в куске
мрамора.
Что касается Давида, то широкому читателю, как правило известен только один эпизод из
жизни героя – это схватка с филистимлянином Голиафом. Где Давид, юноша-пастух,
пришедший в израильское войско навестить своих братьев, принял вызов великана и поразил
того пращой.
Но предпосылка к восхождению Давида к вершинам власти и популярности началась раньше,
а именно – с помазанием его Богом, как будущего царя Израиля. И тут нужно заметить, что
Творец, из великого множества кандидатур, свой выбор остановил именно на никому
неизвестном молодом пастухе: «... и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень
на Давиде с того дня и после;»(1Цар. 16:12).
Кроме помазания, Бог наградил Давида ещё одним достоинством – быть прародителем
Мессии, то есть Иисуса Христа. «Вот, наступят дни, — сказал Господь, — когда взращу Я
Давиду праведного потомка, и будет он царствовать, и будет мудр и удачлив, и будет
вершить суд и правду на земле. ... и вот имя его, которым назовут его: Господь —
справедливость наша.» (Иер.23:5)
Много пришлось Давиду преодолеть трудностей и испытаний, пока старейшины в Хевроне
не избрали его царём над всем Израилем. Давиду удалось вернуть ковчег завета и поместить
его в скинию на горе Сион, захватить Иерусалим и перенести туда столицу своего
государства, сделав его сакральным иудейским центром. Но проведя религиозную реформу,
тем не менее подчинил духовную власть светской. Кроме этого расширил границы своего
государства, завоевав Моав и арамейскую территорию Сирии, чем обеспечил Израилю
пространство земли обетованной. Не обошёл вниманием Давид и государственное
устройство, судебную систему, организацию и управление войсками.
Но был на Давиде и большой грех. Он соблазнил Вирсавию, жену одного из своих военно
начальников, а её мужа послал в бой на верную смерть. Бог простил Давиду этот грех и даже
позволил Вирсавии родить ему сына Соломона – будущего царя, при котором Израиль достиг
наивысшего расцвета.
Давид умер в возрасте 70 лет, после 40 лет царствования и был погребён в Иерусалиме на
горе Сион, где согласно христианскому преданию проходила Тайная вечеря. Господь не
ошибся в своём избраннике, потому что «Давид делал угодное пред Его очами и не отступал
от всего того, что Он заповедал ему, во все дни жизни своей, кроме» ... но о Вирсавии мы
уже говорили.


СТАТУЯ.
Мало кто, будучи в Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, обходил вниманием
центральный объект зала 15 «Итальянский дворик». Да и не заметить шедевр Высокого
возрождения невозможно из-за своей выразительности и размеров – белый итальянский
мрамор, более пяти метров в высоту, вес 6 тонн. Но это лишь копия, оригинал укрыт от
воздействий природы на родине, во Флоренции, в Академии изящных искусств.
В 1501 году, молодой, 26-летний скульптор Микеланджело, получил заказ вполне
заслуженно. Против его кандидатуры не возражал даже признанный мэтр живописи 49-
летний Леонардо да Винчи. Молодому творцу предстояло из уже подпорченной непогодой и
предыдущим скульптором(Агостино) гигантской глыбы мрамора создать образ
старозаветного библейского царя. Работа заняла три года.
До этого, все изображения Давида, как в живописи, так и в скульптуре показывали героя
после совершения им подвига. А Микеланджело преподнёс юношу готовящегося к схватке,
используя максимальную выразительность воли и чувств Давида. Учитывая более чем
пятиметровую высоту скульптуры, ваятель сознательно исказил её пропорции. Сделано это
было для зрителя, стоящего перед ней и взирающего на неё с низу, которому фигура
представлялась бы идеальной.
Но художник согрешил против библейской истины, изобразив Давида не обрезанным.
Поэтому до сих пор израильтяне к скульптуре относятся скептически и даже не приняли в
дар её копию.
Тем не менее современник скульптора и историограф эпохи итальянского Возрождения,
Джорджо Вазари, признал этот шедевр эталоном мужской красоты. Другой современник
Микеланджело, римский папа Юлий Второй, узнав о скульптуре пожелал на неё взглянуть.
Сам католический понтифик слыл воином, большим ценителем искусства и меценатом. Папа
долго ходил вокруг скульптуры, внимательно вглядывался, изредка останавливая свой взор
на какой-то детали, и наконец изрёк:
- Это творение не мог свершить смертный ... если только его резцом не водил Дух Святой.
– после этого прикоснулся к скульптуре, попридержал руку и добавил, - Так и есть!
Художественный язык скульптуры «Давид» отличается ясностью и простотой:
выразительный силуэт, четкий контур, ясные членения, отсутствие противоречивых
элементов в трактовке движения и в скульптурной моделировке — все служит максимально
отчетливому выражению основы образа — концентрированной целеустремленной воли. Но
прекрасное лицо юноши полно гнева, взор грозно устремлен на врага, рука сжимает пращу.
Невиданная дотоле концентрация волевого напряжения, сообщает образу героя грозную,
устрашающую силу, которую современники обозначали словом terribilita.
Давид стоит в спокойной позе, но в его фигуре ощущается внутреннее напряжение, а в лице –
гнев и несгибаемая воля. Титанизм героя, его совершенная красота одухотворена грозной
силой Духа, огненным, устрашающим темпераментом.
Давид Микеланджело – самый героический образ не только в искусстве Возрождения, но
возможно, и во всей истории мирового искусства.
Вильнюс.
28 декабря 2015 года.



ФОТОИСКУССТВО.
Фотохудожник Богдан Бродовский много времени проводит с фотоаппаратом в руках.
Видимо поэтому у него всегда получаются удивительные фотографии, в которых отражается красота окружающего нас мира.
Предлагаем и вам насладиться этими видами.







КЛУБ «АЗИМУТ»
Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий.


ПОЭЗИЯ.
ЯКОВ КРИНИЦКИЙ.



ЗАВТРА БЫЛА ВОЙНА.

(по мотивам одноименного фильма Ю.Кара)



Начало сороковых. В центре фильма советские старшеклассники.
Им придется столкнуться с предательством и ложью,
пережить страшные потери. Но они будут верны идеалам. И именно такие,
как они, защитят Родину в боях Отечественной войны…



Уже в воздухе пахло войной,
И плыла от порога, от школьного,
Будто выброшенная волной,
Тихо музыка радиольная.

Сорок первый, тревожный год,
Что же сделал ты с душами нашими?
Уходили, как прежде в поход,
Повзрослевшие вдруг однокашники.

Расплетали косички девчонки,
И не брали мальчишек на понт,
Чтоб не выглядеть кралями тонкими,
Убегали из дома на фронт.

Эх, вы мальчики, милые, добрые,
Вас любить нам мешал детский страх,
Может после когда-то попробуем,
Как горит поцелуй на губах.

Вы вернётесь и нас не узнаете,
Повзрослевших подружек своих,
А пока вы от нас уезжаете,
Взяв винтовку одну на двоих.

Был июнь и с дождями и с грозами,
И с готовыми к бою заставами.
Только бабки с ненужными розами
Всё на фронт провожали составы.

ПЕРЧАТКИ.

Дан Позняк- выпускник Вильнюсского радиотехнического училища
Войск ПВО страны. Чемпион Олимпийских игр, чемпион мира,
неоднократный чемпион Европы по боксу. Заслуженный тренер СССР.
Тренировал курсантов в Вильнюсском радиотехническом училище.
Долгие годы возглавлял Спорткомитет Литвы.
Трагически погиб в марте 2005 года.



Перчатки, покрытые пылью,
Свидетели быстрых атак,
Про всё вы сегодня забыли,
Вам вечно всё было не так.

Бросались вы в бой очумело,
Хоть знали - противник сильней,
И пальцы под вами немели,
Глаза становились синей.

Но вы никогда не сдавались,
И лишь на скамейку упав,
Отчаянью выход давали,
Да волю горячим слезам.

И вот через десятилетья
Осталось лишь ринг вспоминать,
Лишь треплет хозяину ветер
Волос поседевшую прядь.


МИХАИЛ БОЖЕНКИН.

О ВИЛЬНЮСЕ.

Среди озёр, среди холмов,
Средь рек искристых рукавов
С раздолье птичих голосов
Лежит красавица Литва.

Город Вильнюс, красок море,
Дворцы, костёлы, старина.
Ну а зелёные озёра-
Бокал искристого вина!

Город Вильнюс -центр Европы,
Лежит красавец на холмах,
Как будто на холстах соштопан
Висит на соснах, на дубах.

Какая площадь Гядемино,
Какой Антоколь, Лаздинай!
Какая улица Пилимо,
Какие Шилос, Жирмунай!

А если так вот стать спиною
К горе на Субачаус в закат,
Слегка глаза прикрыв рукою
Смотреть случайно, наугад.

Тебе откроются создания
И чудеса со всех сторон,
Святая Анна, по преданью,
Хотел забрать Наполеон.

Собор с такими куполами
На крышах краски благодать
Река Вильняле за камнями
Спешит, боится опоздать.

Река Нерис со своими мостами
Столице гордость придаёт
Поток машин совместно с нами
Туда-сюда, снуёт-снуёт.

А вот в дождливую погоду
Опять хандра и тянет спать
А только выйду на природу
И снова хочется гулять!

Хотелось бы побольше солнца,
Но где же больше его взять?
В Литву просить, чтобы оконца
Почаще солнцу открывать.

Остановись, любой прохожий
И полюбуйся красотой!
Скажи:" А город-то пригожий
И люди с доброю душой".

Живите мирно, дружно люди
Храните свой божественный уют,
Писать о вас поэты ещё будут,
А песню не одну споют!

* * *
ПЕРВОЙ УЧИТЕЛЬНИЦЕ.

Как будто в первый раз
Вхожу я в снова в класс
Горошинки приветствуют, встают,
Девчоночки с косичками,
Переднички приличные
И слёзы на улыбку упадут.

Опять как в перый раз
Вхожу я снова в класс
А им уж по четырнадцать годов.
Ну что ж Вы, Марь Ивановна,
Идёте, словно заново,
Мы ждём же Вас,
Не надо лишних слов.

И вот иду я снова
На бал для выпускного.
Как хочется кружиться, танцевать.
Кругом все платья бальные
И галстуки шикарные,
Конечно, мне придётся подождать.

Как будто в первый раз
Вхожу я снова в класс
Горошинки приветствуют, встают,
Девчоночки с косичками,
Переднички приличные
И слёзы на улыбку упадут.

* * *
ПРОЗА.

ВИКТОР БОНДАРЕНКО.
(г.Вильнюс.)


Из баек о воинской службе.

ЧП с продолжением.

Летний денёк в разгаре… Нет! Что ни говорите, хорошо служить в подразделении удалённом на 120 км от бригады.
Никаких тебе внезапных проверок, всё по ТВОЕМУ плану. Тем более, что в этом году ни полигона, ни целины, ни других выездов.
Правда, начальство в вечном поиске занятости личного состава придумывает время от времени различные тренировки, или, вот выдвинуло расчёт на корпусные соревнования. Приходится тренироваться. Ну, да это привычно, готовность с нас никто не снимает.
-Офицеры, в класс на подведение итогов, остальные: Вольно! Разойдись!
Отцы-командиры, доставая на ходу записи, потянулись в класс, подводить итоги тренировки. Солдаты, радостно галдя в предчувствии обеда, гурьбой ринулись в казарму.
Первым в казарму влетел П.Н.. Увидев у тумбочки дневального своего земляка, с которым вместе призывались из солнечной Молдавии В.В.
- О, хорошо устроился! Мы там корячимся, километры наматываем, а тут прохлада, красота! - И тут же лихо, подзатыльником смёл с него пилотку. Боец побледнел, судорожно вздохнул и с какой-то виноватой улыбкой осел рядом с тумбочкой.
На гвалт и крики из класса высыпали командиры. Солдат не подавал признаков жизни.
-Фельдшера!
-Тут я, товарищ капитан, дык, он, это, не дышит, а я покойников до смерти боюсь…
-Старшина, пару матрасов в машину!
Через минуту машина уже неслась в сторону районной больницы. Это километров пять. Держим в кузове тело В. практически на руках, чтобы не трясло по нашим колдобинам. Влетели во двор больницы. Удача! Главврач курит, сидя на крыльце после очередной операции.
Заглянув в кузов, ничего не говоря, пошёл опять на крыльцо.
На моё
– ну?!!
-что ты ко мне своих «жмуриков» возишь, я свой план ещё в начале месяца выбрал. Пошли, помянем, у меня тоже что-то не лучший день.
Пошли... Накатили по чуть-чуть медицинского. Бойца оставили в морге. Сами в дивизион. Надо разбираться, да докладывать по начальству.
Дальше, как обычно. Вначале накат по всем направлениям. Звонки по всем линиям через каждые пару минут. Даже какие - то службы, которые я отродясь не слыхивал, интересуются, есть ли бирки на ящиках от противогазов. Ладно, не в первый раз. Пройдёт пару – тройку часов, начнут сами думать, может, чего дельного и подскажут. Ну, а уж завтра жди машины две-три проверяющих. Вот тебе и комплексная проверка. Лучше уж на полигон съездить.
У нас сейчас своих забот полон рот. Сообщить родителям, решить вопрос организации похорон и, главное, где хоронить, - здесь или домой везти.
Через день встретили мать с братом. Решили хоронить на месте. Тут и результаты вскрытия подоспели. Оказалось, у парня была опухоль на мозге. Врачи всё удивлялись, как он год прослужил. Мог умереть, даже подтягиваясь на перекладине.
Нас, впрочем, это никак в глазах начальства не оправдывало. Обязаны были знать и принять меры.
На наш вопрос: - Какие?!!,- ответом было уставное лицо начальника, – Любые!
Дивизион сразу из «отличных», заслуживший это звание месяц назад на итоговой проверке, откатился на последние места. Ну, да и хрен с ним.
Потихоньку кутерьма улеглась. Бойца похоронили, родителей отправили. Помянули. «Сделали выводы», обмыли очередные взыскания, и жизнь покатилась дальше, новые радости и беды заслонили этот дело.
Никто не ожидал, что мы ещё вернёмся к этому случаю. Мать с братом, приехав домой, погоревали, рассказали что произошло и стали жить дальше. Однако, односельчане им проходу не давали.
-Врут всё! Честь мундира берегут! Убили твоего Ваську! Неуставные отношения! Должны ответить! Надо писать.
И вот уже в глухой деревне в Молдавии нашлись правозащитники. Начали писать письма в ЦК КПСС, в Министерство Обороны, в общем, во все адреса, которые знали.
Прошёл год. В дивизион приходит приказ: труп эксгумировать, голову пострадавшего представить в Москву в Центральную судебно-медицинскую лабораторию.
Приказ, есть приказ. В войсках даже должность есть офицера, который должен присутствовать при всех этих действиях и транспортировать бренные останки, тогда она называлась заместитель командира по политической части.
Эксгумировали, голову отделили, в несколько полиэтиленовых мешков завернули, положили в ящик от приборов и – вперёд! Начальники проводили ласково, для ободрения пообещав выписать по полной программе всему подразделению и лично каждому за учинённое беспокойство.
Сев в поезд Калининград – Москва, сунул ящик в купе и ушёл в вагон-ресторан. В глубине души была одна мысль: спёр бы кто мою поклажу. Всё представлял в красках физиономию несостоявшегося воришки. Ну, да не случилось. Довёз. В то время эта служба размещалась в центре Москвы, у площади Маяковского. Сдал. Ещё раз помянул и домой!
Московская экспертиза полностью подтвердила выводы первой.


ЭДУАРД ГОНЧАРОВ.
(Балашиха. Россия).

Байки из жизни.



Про эффект Кабанова.
Рассказывал второй командир нашего второго взвода первой роты старший лейтенант Струлёв.
Служить попал на Сахалин, в отдельную радиолокационную роту. Две РЛС П-12, пять офицеров-лейтенантов, старшина-сверхсрочник, четыре десятка бойцов, «сборно-щелевые» казарма и ДОС. Все как обычно.
Лейтенанты оказались радиолюбителями и соревновались между собой, кто сделает магнитофон из подручных материалов от оставшейся в роте списанной П-10:
из больших шайб селеновых выпрямителей делались подкассетники, тормозящий фетр заменялся сукном от шинели; в качестве осей использовались длинные оси потенциометров во втулках с гайками; так же изготавливался и тонвал с маховиком; двигатель из 50-герцового сельсина (роторную обмотку закоротить); записывающая-воспроизводящая головка – самодельная, стирание – постоянным магнитом и так далее. Словом, «голь на выдумку хитра!» Ну, и главное методическое руководство всех радиолюбителей тех лет – журнал «Радио».

Привезли им с очередной почтой последний журнал, а в нем статья про эффект Кабанова Н.И.
«Научное открытие "Эффект Кабанова (загоризонтная радиолокация)". Радиоволны, отраженные от ионосферы, при падении на Землю частично рассеиваются ее поверхностью, причем некоторая доля рассеянной энергии возвращается к источнику излучения, где и может быть зарегистрирована".
Номер и дата приоритета: № 1 от 15 марта 1947 г.
Открытие было засекречено, а в журнале статья где-то в начале 60-х годов прошлого века.

Понятно было, что излучать надо куда-то вверх, повыше от линии горизонта. И тут пришла идея, что П-12 замечательно подходит для экспериментальной проверки эффекта: антенну «заваливаем на спину», как при ее штатном опускании – подъеме, излучаем под любым углом, хоть в зенит!
Работы-то – нечего делать: расстопорить пару болтов на ферме-мачте и ручной лебедкой опустить антенну.
Все 12 волновых каналов антенны на общей траверсе будут смотреть в небо.
Сказано – сделано!
Собрались в кабине, с нетерпением и некоторым волнением ждут, пока реле времени позволит включить «высокое» в передатчике. Включилось! Все уставились на индикатор контроля, куда выведен сигнал с приемника (как в осциллографе). … Ничего….То есть «шумовая дорожка» с выхода приемника есть, а «целей» - нет… Никаких самолетов-дирижаблей…
Теперь вопрос к «локаторжникам»: что надо сделать, чтобы «посмотреть», есть ли цели в зоне обзора РЛС? Правильно, надо включить вращение антенны и «осмотреться вкруговую». А они все были «локаторжники». Антенна начала проворачиваться, одним краем дошла до поверхности земли, сломала четыре волновых канала и остановилась…
Эффект Кабанова в эксперименте не подтвердился. Антенну восстановили сами, используя ЗИП и возможности колхозной мастерской.


Забайкалье.
На одном из сайтов про школу прочитал запись в дневнике ученика:
"Ваш ребёнок глотает окончания слов".
Ответ родителей : "Знам, ругам".
Сразу вспомнилось солнечное и суровое Забайкалье - именно так там местные любят сокращать окончания слов. Например,:
Водка - гадость, водка – яд,
От всех болезней помогат.

Мы тоже, это знат и сами себе этим способом помогат.

У местного населения есть еще одно любимое «местное» слово – «однако». Однако, ставят это слово в начале предложения.
Или конце предложения, однако. Так вот, вместе с тем, однако. Через пару месяцев после моего прибытия в роту, сел возле нас на вынужденную посадку самолет, МиГ-15 УТИ, «спарка».
Пара очень опытных пилотов-инструкторов перегоняла самолет из Безречной в Новосибирск. Истребители Войск ПВО без радиолокационного обеспечения не летают. То есть в каждый момент полета он наблюдается на экранах РЛС и находятся на связи с соответствующим КП или ПН. Нашу роту и ПН к обеспечению не привлекали. Самолет летел по прямой из Безречной до Читы, выходил на трассу и далее по трассе на запад. Что-то у управляющих полетом «не срослось» и экипаж банально заблудился. Выработав горючее, сел на вспаханное поле с убранным шасси в 30 км от нашей роты. Если бы работал наш ПН, этого безобразия не случилось.
От нашей роты выделили охрану самолета (от местных пацанов), летчики опечатали самолет и уехали в Читу.
На следующий день прилетел Ми-6, под самолет засунули пневматические домкраты типа надувного матраса, самолет подняли, отстыковали крылья, все засунули в вертолет и улетели в Безречную. Наши караульщики вернулись домой без наград, правда, никого наших и не наказали. Однако.

Служу первый год лейтенантом в отдельной радиолокационной роте, в 200 км на юг от Читы. Километрах в 4-5 большое село, давным-давно образованное переселенцами с Украины. Село строилось в огромной низине-долине возле двух больших озер.
Рота стоит на краю этой низины (нам же надо повыше!), с вышки нашего поста визуального наблюдения (ПВН) часть села и далее до сопок, закрывающих горизонт, местность просматривается.
ВВСовские Ил-28 из Домны летают на малых высотах, изредка прилетают и в долине «просаживаются» ниже нашего уровня.
Хулиганят, наверное. Наши офицеры с пункта наведения при роте – бывшие летчики и штурман с Ил-28.
Осень – время проведения итоговых учений и проверок. С завтрашнего дня начинаются учения в нашей дивизии. Наступило серое утро и еще до завтрака, патрульный, он же дежурный наблюдатель ПВН докладывает, что за озером, на пашне, наблюдает самолет. Ротный и начальник ПН выскакивают на крыльцо казармы, дежурный по роте побежал в ружейную комнату за биноклем, который наблюдателю не выдавали; начальник П-12 Анатолий Донской помчался за буссолью ПАБ-2, которую хранил дома… Все смотрят туда, за озеро… Да, небольшой серебристый самолет, фюзеляж, хвост, все как надо… Побежали к телефону докладывать на КП полка… Там тоже в некотором смущении – учения еще не начинались, никто еще не взлетал…
Срочно нарядили ротный грузовичок, старшим офицера с ПН. С пол-дороги они возвращаются сконфуженные.
Никакого самолета – на пашне стоит деревянный большой сарай, крытый шифером. Издалека – точная иллюзия сидящего самолета. Потом всем новичкам в роте показывали этот «самолет».

ЖИВОПИСЬ.

ВИКТОР ИВАНОВСКИЙ.

Клуб «АЗИМУТ».
Клуб творческих людей
сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ.
Руководитель клуба Яков Криницкий.




ПОЭЗИЯ


Сергей Смирнов- кадет, поэт, бард. Живёт и творит в Вильнюсе.
Предлагаем его стихи, которые отличаются ярким стилем, юмором и исторической достоверностью.
Надеемся, что вы получите удовольствие от их прочтения.


УБИТ В СРАЖЕНИИ ПРИ ВИЛЬНЕ
Полковник Бибиков в сражении при Вильне
пал в приснопамятном двенадцатом году.
Давненько смерть не жала гуще и обильней,
чем в эту виленскую вьюжную страду.

Закретный бор стоял заснеженной пустыней...
Здесь, тризне наскоро обучены войной,
друзья полковника в могилу опустили
у стен часовенки Натальи Репниной.

В реке забвения, таинственной и гиблой,
исчез бы воин, да искусно отлита,
почти два века над забытою могилой
лежала чёрная чугунная плита.

Лежала в матовой окалине, как в лаке;
летели годы, листопадами кружа.
Плиту не тронули ни немцы, ни поляки,
большевики не уничтожили, и ржа...

И мы, подростки, дети выживших в давильне
войны отцов, в часовню лазили, а там-
старинный слог:" Убит вЪ сраженiи при ВильнЪ"-
и аж озноб по нашим тощим животам!

Плита пропала воровски- её не стало
в те перестроечные подлые года,
когда ужасно "возрождению" мешало
всё, что кириллицей дразнилось без стыда...

Простите татей, Пал Гаврилыч! Нынче карта
легла изменчиво, да это не беда:
полковник, бивший в хвост и в гриву Бонапарта,
здесь спит по праву в ожидании Суда!

Когда же Ангел вострубит в ночи тревогу,
тогда и выкликнут из строя на плацу-
кого на пир небесный одесную Бога,
кого- во тьму земную, к сере да свинцу.

* * *
В Вильнюсе, на территории Северного городка,
обнаружено крупнейшее в Европе захоронение
наполеоновских солдат.
( Из газет).


Бывший дворик автопарка
новостройками зажат.
Тут солдаты Бонапарта
под брусчаткою лежат.
Благонравнейшая Вильна
без упрёков, на века
приютила их обильно-
тысяч так до сорока.

От московского пожара
волокли они стопы,
чтобы в Вильне смерть пожала
всех их в мёрзлые снопы.
С чёрных пальцев ногти лезли:
на востоке воевать-
это ведь не Марсельезу
под мадеру распевать...

Обезличенная серость,
обесчещенная рать
потесней к огню уселась
и- пустилась умирать!
Сорок тыщ в в три дня погибло
не поднявши головы-
покорителей Египта,
воевателей Москвы...

Их потом ещё полгода,
как смердящие кули,
вывозили на подводах,
жгли, топили, где могли.
И работы дорожали-
дело было не пустяк:
получали горожане
аж полтинник за костяк!

Бывший дворик автопарка
новостройками зажат.
Тут солдаты Бонапарта
под брусчаткою лежат.
Как однажды прикорнули-
так и спят себе в веках:
все калачиком свернулись-
не согреются никак.

* * *
Анатолий Кадров ( Ростов-на-Дону)

СТИХИ ЖЕНЩИНЕ
Мы друг друга забыть попытались,
Мы хотели все это порвать,
В снах друг с другом мы часто менялись,
В пору ту, когда было с кем спать.

Мы с тобою от жизни устали,
Мы от возраста просто не спим,
Мы дрожим, когда нас окликают,
Мы друг друга конечно простим.

* * *
Я ждал момента страсти,
С ней десять тысяч лет,
И вот случилось. Здрасте!
Любви! Любви-то не нет!
И что кому награда?
Мне страсть, а ей любовь?
Нам их порознь не надо,
Попробуем-ка вновь...
* * *
Мне не хватает твоих плеч,
Изгиба шеи, глаз бездонья,
В пылу коротких наших встреч,
Поймешь, что твой я.
* * *
Ты ангелом мотаешься,
Меж небом и землей,
На небе обитаешь ты,
И я хочу с тобой.

Ты прилетишь ненадолго,
Часов на пять. И вновь,
Куда-то испаряешься,
Что это за любовь?
* * *
Я вновь один, и ты одна,
И даже сны мои устали,
Чуть что, показывать тебя,
О, как друг друга мы достали.
* * *
А это стихотворение написал и прислал нам из Санкт-Петербурга старшина 2 роты
1975 г. - первого выпуска ВВКУРЭ Владимир Сацукевич.

ИМЕЮ ЧЕСТЬ!
Идут года за годом год,
Но помним мы курсантский взвод,
Попова роту, батальон,
Штыков холодный перезвон,
Когда в парадном шли строю
И верили в звезду свою,
что осенила наш погон,
Сердца стучали в унисон,
И всё казалось на века,
Но... времени течёт река,
Погоны уж не красят плечи,
Иных уж нет, а те далече,
Идём по жизни в суете,
И уж давно совсем не те,
Какими были мы тогда,
В 70-е года.
Мы дружно все заматерели,
Свой пуд, конечно, соли съели,
По чём узнали лиха фунт,
Но рано залегать на грунт,
И дальше будем мы дерзать,
Поменьше на судьбу пенять,
Чтоб перед всем, что в жизни есть,
Сказать смогли: "Имею Честь!"

ПРОЗА




«Камешки в сапоге.»

(цикл коротких наблюдений в годы службы Виктора Бондаренко)

В дивизионе была корова Машка. Милейшее создание черно-пестрой породы. Редкий солдат не носил с собой какую либо посудину, чтобы на бегу подоить Машку, пасущуюся между укрытиями на позиции.
Однажды, корова поранила вымя о колючую проволоку и прапорщик повел доить ее машиной на ферму в соседний колхоз. Сбежалась смотреть вся ферма. Корова дала 36 литров молока! Средняя удойность в колхозе была около 6 литров.
Но как-то ее забыли запереть на ночь и она, как всегда, болталась по позиции. Часовой, увидев в темноте какое-то светлое пятно, приказал ему остановиться и предупредил, что будет стрелять. Через минуту раздались два выстрела.
Часовой, до этого не попадавший даже в мишень, положил обе пули точно в сердце коровы.

* * *
Вильнюсцы любили курсантов училища. Это выражалось и в отношении властных структур Литвы, оказывавших большую помощь училищу, и простых людей, особенно девушек. Самыми популярными в городе были танцы в Доме офицеров (а он, надо сказать, находился в резиденции генерал – губернатора Литвы, ныне Президентском дворце).
Правда и курсанты платили Вильнюсу и вильнюсцам той же монетой. Всегда аккуратные и подтянутые, влюбленные в этот город, курсанты украшали его уже своим присутствием, а порой и с лопатой наперевес. Тысячи девчонок увезли курсанты по всей огромной стране, женившись в Вильнюсе. Правда, некоторые из молодых жен возвращались обратно (а особо талантливые по нескольку раз), но это уже другая история.

* * *
Училище славилось идеальной чистотой территории. И, это при том, что оно утопало в зелени. Осень, листопад, это было сущее наказание для курсантов. Обрывали листья вручную. Как говорил один из заместителей начальника училища, отвечающий за территорию,
-за каждым курсантом должен быть закреплен каждый лист персонально, чтобы было с кого спросить.
* * *
Был у командира роты Куликова А.С. курсант Кириченко. Местный. Готов был ходить в увольнение ежедневно. Выдумывал причины мастерски. По отзыву командира, за четыре года обучения ни разу не повторился в причине необходимости увольнения.
* * *
ФОТОИСКУССТВО

Порой окружающую нас природу мы не замечаем, проходя мимо её красот, торопясь по делам, занятые своими заботами...
Вглядимся же в наш мир спокойно и вдумчиво. Природа Литвы достойна того, чтобы мы берегли и сохраняли её для наших детей и внуков.
Фотографии предоставил фотограф Богдан Бродовский.


"АЗИМУТ"
Клуб творческих людей сайта ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ
Руководитель -Яков Криницкий.



ПОЭЗИЯ.
Лирика.



Яков Криницкий
(Вильнюс, Литва)

Ленинградские мосты.
Из старой тетради.
Над Невою мосты разводятся,
Но мосты ведь они железные,
Отчего же люди расходятся,
И любовь улетает в бездну?

Пропадает, как будто не было
Рук мужских на девичьей талии,
Все слова порастают небылью,
Те, что раньше в ночи шептали.

Отчего же порою водится,
Что уже нет тех чувств и доверия,
И мосты над Невою разводятся
Как-то медленно, неуверенно.

Белой ночью всё ясно видится,
Так светло, что и спрятаться трудно,
И нельзя на тебя обидеться
В этом городе многолюдном.

Опускается мост медленно,
Разводился он так, для вида.
Может, нам вернуться немедленно
И простить друг другу обиды?

Ленинград.

Потеря.
Из старой тетради.

Всё же я, наверное, уеду,
Хоть по дому буду тосковать,
Пусть трубит рожок врагов победу,
Да грустит по сыну дома мать.

Всё погибло, растоптали душу
Своры псов, сорвавшихся с цепи,
Я теперь не так уж простодушен,
Потеряв тебя в своей любви.

Ничего не связывает боле
С городом, где боль и нищета,
Где ни радости теперь уже, ни боли,
Где душа осталась без щита.

Пусть героями зовутся те, кто стойко
Думают пройти напрасный путь,
Называя словом «перестройка»
Бесконечных словоблудий суть.

Летние сны.
Ничего мне не хочется знать,
Всё равно ты меня не услышишь,
В сны твои я не стану влезать,
Пусть они пролетают над крышей,

Этой крышей, где ты живёшь,
Тут другие дела и заботы,
Нашу молодость вновь не вернёшь
На крутых и лихих поворотах.

Наша память теперь молчит,
Сохранив ароматы лета,
Знаешь, счастье совсем не кричит,
А для ночи не надо света.

И тебе снова снится сон -
Нет у нас вероятности встречи,
А сердца пусть стучат в унисон,
Я кладу тебе руки на плечи.






Анатолий Пицык.
(Бахчисарай, Россия)
Войну я очень рано увидал. На день восьмой с начала моей жизни
Глазами видел, но ещё не сознавал Звериного лица нашествия фашизма.

МОЙ ДЕНЬ ПАМЯТИ И СКОРБИ
(22 июня 1941года).
Я весом был рождён богатырём
Под Львовом, ставшим западом страны,
Через окно отец проник в роддом
Спасал нас с матерью от завтрашней войны.
С сестрой трёхлетней нас доставил на вокзал
Все женщины и дети сели в эшелоны,
Но утром нас фашистский ас догнал
Он паровоз разбил, поджёг вагоны...
Мы шли толпой обочиной дорог
В воронках от бомбёжек хоронились
Кто шёл в деревни за едой иль занемог
Бандеровцы безжалостно убили
Чуть больше сотни нас дойти смогли
Из больше тысячи, что отправлялись в путь
В Днепропетровске сесть на поезд помогли,
В Саратове нас ждал эвакопункт...
В дороге той я много потерял
Не знал с рожденья что такое молоко
Я корку хлеба в тряпочке сосал
Но даже это добывалось нелегко...
Мы дети божьи, матери Земли
И я собирался в вечную дорогу
Врачи, лекарства мне не помогли
Осталось только уповать на Бога.
И он меня как видно пожалел
Дал шанс пожить на этом свете долго
Старушка встретилась (видать он так велел)
В часовне кладбища она служила Богу.
Недуг мой тот, что назван был смертельным
Ей одолеть видать хватило сил,
В часовне провела обряд крещенья,
Лечила среди множества могил...
Когда полвека жизнь моя прошла
Я членом был научного совета
Модель цивилизации была
Тех изысканий основным предметом.
Совет наш пара академиков вела,
В нём был писатель знаменитый тоже,
Артист народный, Джуна в нём была,
Военная наука и теолог.
Нас Джуна развлекала в кулуарах
Экстрасенсорики уроки нам дала
Глаза в глаза, руками ауру читала
Сказать о каждом многое смогла.
Когда к ней сесть пришла моя пора
Узнал тогда моей целительницы силу
Меня читать как книгу Джуна не смогла
Сказала, что старушка та меня "закрыла"
Павел Золотоверх.
(Вильнюс,Литва).






















ОБЛАКА.
Несутся кучевые облака
Всё с Севера на Юг.
Весной природа дышит, но пока
Тепла нет, как и вьюг.
Природа в ожиданиях стоит-
И расцвести она готова
Лишь тёплый дождь всю землю окропит
И всё воспрянет снова.
Полыхнёт золотом мимозы куст,
Что под моим окном
И пусть манит, зовёт меня он пусть
Туда, где отчий дом.
Туда, где мама ходит и живёт,
Где радуется дню,
Пусть знает- она встречи нашей ждёт-,
Что я её люблю.
Несутся чудной формы облака,
Возможно в них привет.
Хоть с Севера они, издалека...
В душе покоя нет.

01.03.1992.
Африка. Ливия.




ПРОЗА.
Виктор Бондаренко.
Байки из курсантской жизни.










Гранатометание.
Как-то к нам приехала очередная комиссия из Москвы во главе с многозвездным генералом.
Все шло по давно заведенному порядку: с утра генерал ходил по территории со свитой человек в сорок и задавал вопросы командирам и начальникам по знанию ими Уставов. Так как давно было известно, что любимым вопросом генерала был о том, что можно хранить на чердаке, то ответы были четкие и со знанием дела. И только многострадальный полковник из свиты и зам. по тылу училища, чертыхаясь, лезли на чердаки в поисках «вторых рам снятых на лето» и в смысле захламления. Тем более, что стоял февраль и морозец, градусов в 15, не позволял им чересчур потеть. Остальные, - внимали! Затем, часов в 12 начинался обед плавно переходящий в ужин в бане или знакомства с достопримечательностями города, под которыми понимались, в основном, местные горячительные напитки.
Все шло к тому, что уже подготовленный итоговый акт вполне всех устраивал.
Не без недостатков, конечно, но «напряженная работа командования заслуживала высокой оценки» и даже тянула на правительственные награды руководству.
Но тут, в очередной обход, генерал узрел роту в боевом снаряжении следующую куда-то бодро и с песней. Остановив роту и умилившись до слез мощью ответного приветствия, генерал поинтересовался, куда они следуют.
Командир доложил, что рота следует на стрельбище для выполнения упражнения по стрельбе и учебному гранатометанию.
-Как, учебное?- поинтересовался генерал.- А вы боевые гранаты метали когда-нибудь?
-Никак нет.
-Безобразие! Как же вам служить и учить солдата? Мы в войну, бывало, только гранатой и отбивались от супостата,- возмутилось начальство, выразительно посмотрев на помощника, готовившего итоговый акт проверки.
Все закрутилось в темпе карусели. Дополнена тема занятий, получены боевые гранаты.
Рота бегом отправилась на стрельбище.
Генерал захотел лично присутствовать при гранатометании, поучить, так сказать, молодежь, вспомнить молодость и остаться в памяти народной заботливым и строгим отцом-командиром. Начальство подсуетилось: генерал был экипирован в валенки и новый постовой тулуп. На стрельбище прибыли вместе. Построив роту, генерал попросил боевую гранату:
-Вот, сынки, эта штука многие жизни спасла, да и врагов погубила немало.
Это просто. Вот выдернул чеку и бросай. Главное, помни, что она может рвануть не обязательно через шесть секунд, может через пять, а то и четыре секунды, не мешкай, - бросай сразу. Ну, смотрите.
Генерал рванул кольцо, развернулся, замахнулся. Но, кто хоть раз пробовал что-то бросить в постовом тулупе, тот знает, что это, практически невозможно.
-Ерунда, мы на фронте делали так…
Генерал размахнулся и бросил гранату снизу. Граната, подлетев метров на 5 вверх, упала в десяти метрах от него.
Так рота никогда ни до, ни после, не бегала. За шесть секунд были преодолены метров 70.
Генеральская свита рухнула на землю и боялась шевелиться. Не растерялся ротный, со всей дури он, весом около сотни килограмм, бросился на генерала, который уже лежал на снегу, прикрывая голову руками.
Рвануло от души. Осколки свистели, срезая ветки на деревьях. К счастью, никого не задело.
Пострадавший был один, - генерал, лицо ободрано, из носа кровь.
Все-таки, когда на тебя рухнет сотня килограмм живого веса, - это сказывается на самочувствии.
Занятия были прерваны. Генерал убыл. Роту отправили в расположение.
Комиссия этим же вечером уехала в Москву. Акт проверки потом возили в Москву на подпись.
Оценка получилась «удовлетворительно». Обошлись без орденов.
Больше никогда боевое гранатометание не проводилось.
С ротного сняли ранее наложенное взыскание.

Месть.

Водитель машины командира в любой части лицо глубоко уважаемое, пользующееся непререкаемым авторитетом среди сослуживцев, да и офицеров. И, хотя труд его очень нелегок, командирская «Чайка», «Ласточка», а то и просто «Козел», должен быть боеготов всегда. И редкий командир вникал в то, как эта боеготовность дается водиле. Частенько ему приходилось значительную часть ночи прихватывать для ремонта, но тогда любой в части почитал за честь оказать ему посильную помощь.
Не бескорыстно, конечно, в надежде на благосклонность Водителя командира.
Ведь сколько у того возможностей: свободный выезд в город, никем не контролируемое возвращение, долгие беседы с командиром, когда тот в хорошем настроении, да мало ли…
Все так и шло. Лешка Четверик возил командира уже больше года. После того как он неоднократно приносил командира домой на себе, при этом клятвенно заверяя его супругу, что все происходило только на территории части и было вызвано исключительно служебной необходимостью, авторитет его был высок и неколебим даже у командира.
Лешка пользовался этим потихоньку, облегчая, как мог, себе службу.
Но, как говорят, и на старуху бывает поруха. Однажды, отвезя командира домой и полагая, что тот до утра будет отдыхать, он позволил себе не только задержаться у хорошей знакомой на пару часов, но и употребить…
Как на зло, командир решил проверить боеготовность и вызвал машину. Через полчаса ожидания, пришлось идти пешком. В общем, когда Лешка предстал пред ясны очи начальства вердикт был готов: машину передать молодому, самому утром отбыть на 10 суток гауптвахты.
Зная, что утром командиру надо быть на полигоне в шестидесяти километрах, Лешка задумал страшную месть.
Передав молодому бойцу машину, он посоветовал ему хорошо отдохнуть перед завтрашним выездом и вызвался сам подготовить технику.
Молодой боец с радостью согласился. Напрасно… Проверив, почистив и заправив машину, Лешка, аккуратно открутив крышку раздаточной коробки, добросовестно опорожнился в неё. Приведя все в порядок, глубоко вздохнув, водила пошел в казарму.
Утром, до подъема, по морозцу, машина была подана к крыльцу командирского дома.
Ещё садясь в машину, командир видно учуял, какой-то запашок. Ну, да бывает. Нежданчик.
Отъехав километров десять командир поинтересовался, что водитель кушал на завтрак.
Молодой доложил. Некоторое время спустя командир остановил машину,
-иди погуляй. Водила, сам чувствуя амбре в машине, добросовестно пытался развеять сомнения командира.
Минут через десять-пятнадцать поехали. Вроде запах стал глуше. Но не прошло и десяти минут, вонь опять не дала ехать дальше.
-Пойду сам погуляю, - усомнился в себе командир.
С такими муками добирались на полигон. Перед его воротами, машина еще не успела остановиться, командир пулей вылетел из неё, проклиная водилу и требуя не подпускать этого засранца к себе на пушечный выстрел.
Через два часа на полигон прибыл Лешка, вытащенный с гауптвахты.
Приехал он не с пустыми руками, приволок с собой канистру свежего масла и флакон одеколона.
Через час машина была готова к рейсу. Командир, сев в машину, минут десять все принюхивался, да и по дороге, что-то сопел.
К концу рейса всё стало на свои места, командир расслабился и, что-то мурлыкая под нос, простил Лешке все не только бывшие, но и будущие прегрешения.

Любителям спорта.
Из истории бокса в Литве.

Первые секции бокса созданы в начале двадцатых годов в Вильнюсе на радиозаводе "Электрит" и при СФВЛ (союз физ.воспитания Литвы). Первые показательные выступления проведены в Каунасе 29.XI1.1923 по инициативе первого тренера по боксу, бывшего летчика С. Дарюса. В соревнованиях приняли участие: В. Била, К. Маркявичус, В. Дагилис, Р. Казакас. Победил В. Била.
Эта дата считается официальным началом литовского бокса.
Чемпионаты Литвы проводятся с 1925 регулярно. Они проводились даже в годы 2-й мировой войны.
Первые международные соревнования были проведены в Каунасе в 1926 с командой Латвии. Ничья.
В 1928 К. Маркявичус (п/ср.в.) и Ю. Винча (п/тяж.в.) приняли участие в ОИ в Амстердаме. Успеха не имели.
С 1934 б-ры Литвы регулярно принимают участие в чемпионатах Прибалтики вместе с боксерами Латвии и Эстонии.
Позднее, с 1954 в этих соревнованиях стали принимать участие и боксёры Белоруссии.
В 1938 была проведена 1-я литовская нац. Олимпиада, в которой принимали участие боксёры литовского происхождения из Аргентины и США. Некоторые из них остались в Литве, чтобы помочь нац.команде Литвы подготовиться к ОИ 1940. Как известно, эти соревнования не состоялись из-за начавшейся войны.
Сильнейшие боксёры довоенного времени: А. Бертулайтис, Ю. Винча, А. Заборас, С. Баранаускас, С. Лендзинас, Е. Новицкий, М. Унтонас, Л. Шнейдманас, 3. Русецкас.
Война нанесла боксу Литвы большой ущерб. Почти все нужно было начинать сначала. Бокс начал развиваться в "Жальгирисе", "Трудовые Резервы", "Науке", Воор. Сил, "Динамо", и "Спартак". Эта работа легла на плечи молодых тренеров, еще недавно выступавших на ринге: А. Забораса, Е. Пастораса, Е. Пелецкиса, Л. Шнейдманаса. Большую помощь им оказал Засл.Тренер СССР В.И.Огуренков.
В течение 20 лет, с 1950 по 1970, боксеры Литвы прочно входили в число лидеров советского бокса и добивались высоких успехов как на внутренних, так и на межд.соревнованиях:
4 мед.на ОИ (1-2-1), 10 мед.на чемпионате Европы (9-1-0) и 18 золотых наград на чемпионате СССР. А затем, на целых 15 лет наступил спад в успехах литовских боксеров. В 1985 в отряд литовских специалистов вливается плеяда молодых, энергичных тренеров: А. Шоцикас, 3. Катилюс, А. Левицкас. В. Стонис, Е. Шлюзас, Ю. Буксас, Г.Вирпша, Г. Пяткявичус, А. Рачунас, А. Патамсис, Я. Позняк, Л. Ругис, С. Мижигурский, В. Буйко, В. Синкявичус. В. Мараускас, Ю. Кибас, Р. Балтрунас, Ю. Стасюлис, В. Баев.
Активно работала Федерация бокса республики, которую около 40 лет бессменно возглавлял Ч. Бальчунас.
Много сил и труда вложили в развитие бокса Литвы члены Федерации: С. Дарюс, К. Маркявичус, Д. Филькенштейнас, К. Урбайтис и новый президент В. Пилецкис.
Главным опорным пунктом развития бокса в Л. является ДСО "Жальгирис" (Зеленый лес), созданное в 1944. Его секции бокса работают в Вильнюсе, Каунасе, Клайпеде, Мариямполе, Паневежисе, Шауляе.
В Каунасе работает ШСМ - Школа спортивной молодежи. Тренеры школы: Л. Мисюнас, Е. Пастор, А. Заборас.
В 1990 Литва успешно выступила в 1-м чемпионате Балтийских стран с участием боксеров Латвии, Эстонии, Финляндии, Швеции.
Широкую известность обрели в СССР и за рубежом: Д. Поздняк - чемпион ОИ, 3-кратный чемп. Европы;
А. Шоцикас - 2-кратный чемпион Европы и 6-кратный чемпион СССР; Р. Тамулис - 3-кратный чемпион Европы и 5-кратный чемпион СССР; И. Чепулис - обладатель сер. мед. ОИ; Ю. Юоцавичус - чемпион Европы и СССР;
бр. мед. на ОИ в Мельбурне завоевал Р. Мураускас. Победителями и призерами чемп. СССР и Сн-д нар. были: Ю. Вакшнорас, Р. Билюс, В. Мазеляускас, Я. Поздняк, У.Уосис, Д. Новицкас, Т. Томашевич, В. Бингялис, П. Юсайтис и др. На 46 чемпионате СССР (1945-1990) боксёры Литвы завоевали 66 медалей (22-11-33).
С 1992 Фед.бокса Литвы-член АИБА и ЕАБА. Выступая самостоятельной нац.командой на ЧЕ-93 завоевала 1 зол. мед. (В. Карпачаускас, 2 ср.в.) и на ЧМ - 1 сер. и 2 бронз. Медали. На ОИ призеров не имела.
Известны имена литовских боксёровв и на проф.рингах мира: Г. Чип (Ю. Чяпуленис, США) - чемп.мира в ср.в.; Д. Шарки (Ю.Жукаускас, США) – чемпион мира в тяж.весе; Ш. Норкус - входил в десятку сильнейших тяжеловесов мира; чемпионом Китая стал П. Римас; дважды завоевал титул чемпиона Австралии П. Микуличус; в Англии известны лит.-боксёры Жемайтис и Моркус. С 1992 Литва вновь создает профессиональные боксерские клубы.
(Подготовил материал Яков Криницкий.)


ЖИВОПИСЬ.

Художник Виктор Ивановский
Клуб «АЗИМУТ».
Руководитель Клуба ветеранов ВРТУ-ВВКУРЭ
Яков Криницкий
.




ПОЭЗИЯ.
* * *
Яков Криницкий.







ЛЕТНИЕ НАДЕЖДЫ.
Почему мы летом устаём?
Может оттого, что мы без дела,
Потому, что летом мы живём
Жаркой жизнью и души и тела.

Мы весною жадно лета ждём,
Летом же от солнца изнывая,
По песку горячему бредём,
И мечтаем о прохладе мая.

В жизни часто трудно угодить
Нам, всё время ищущим чего-то,
Мы привыкли душу бередить
Восхищеньем нового полёта.

И жара и холод не пугают нас,
Нас ведь жизнь всегда чему-то учит,
Оптимизм не покидает нас,
Да надежда в то, что будет лучше.

* * *

ПРОСТО ЛЕТО ВИНОВАТО.
А это просто лето виновато,
Что наши души раскалило вновь,
И всё летят, летят они куда-то,
В страну с красивым именем Любовь.

Сотрутся в памяти у нас слова и даты,
Забудутся они сами собой,
Как на песке смывает на закате
След сотен ног нахлынувший прибой.
Паланга.


* * *
Александр Илларионов.
Бессмертный полк.
Бессмертный полк шагает по планете,
И не даёт забыть про те года,
Что летним днём, в июне, на рассвете
Бомбёжкам подвергались города.

И наша память, как слеза солдата,
Скупая, но суровая, как сталь,
Как крепкий мат пехотного комбата
Нас переносит в ту лихую даль.

Любой солдат мечтал о Дне Победы,
Он жил с ней, не считая дней,
Он знал, что завещали его деды,
И автомат в руках сжимал сильней.

Он знал, что может быть погибнет,
За тот ручей, за хату, за село,
Но верилось, что пуля не настигнет
И скажет, «Слава Богу, пронесло».

Но ночью той не повезло солдату,
Шальная пуля, чёрт её побрал!
Прошив насквозь шинель и гимнастёрку
Призвала смерть. И воин умирал.

Он понимал, что больше не увидит
Своё село, жену свою, детей,
Но верил, что никто их не обидит
Что бесполезных нет в войне смертей.

И он уснул. Навечно и спокойно,
Но в памяти остался на века.
И память наша быть должна достойной
Погибшего на фронте мужика.

Бессмертный полк, расти и развивайся,
В дивизию, в бригаду, во весь фронт
Шагай по Миру, громко, не стесняйся,
Насколько позволяет горизонт.

Мы будем помнить вечно тех героев,
Бессмертный Полк погибших в той войне,
Вы в памяти идёте строй за строем
Хоть мёртвые, но живы вы вдвойне!

* * *
ПРОЗА.

Виктор Бондаренко.
(Байки из курсантской жизни.)
Свадьба.
-Товарищ майор!!!! Товарищ майор!!!!
Дверь канцелярии роты распахнулась и в комнату, чуть не кубарем влетел курсант. Что подумал ротный, - кто знает? Это тот самый случай подтверждения известного выражения: - командиры седеют рано.
-Товарищ майор, я не хочу жениться!
Оп-паньки! Все в роте знали, что у Скворцова в субботу свадьба. Что же случилось сегодня, в четверг?
-Не хочу! Я хорошо подумал. Мне рано и вообще. В общем, курсант нес какую-то ахинею. Зная, что родители курсанта, по какой-то причине, на свадьбу не приезжают, ротный махнул рукой,
-Черт с тобой, делай, что хочешь, не до тебя, сессия на носу.
-Я лягу в санчасть, только Вы меня не выдавайте!
Прошло два дня. Утром, в субботу, командира вызвали на КПП. Глаза полезли на лоб, когда он увидел толпу в двадцать человек, полностью готовых к свадьбе и расцвеченный лентами и куклами автобус. Поняв, что просто так не отвертеться, командир понес что-то про заразу, карантин и вообще близкую операцию на открытом сердце, мысленно проклиная Скворцова и обещая все беды на его голову.
Убитая горем свадьба, сметая дежурную службу КПП и чуть не затоптав ротного рванула к санчасти.
В это время, Витюля Скворцов, сидя на подоконнике раскрытого настежь окна второго этажа, пытался научиться брать четыре аккорда на гитаре. Толпа увидела его раньше и, взревев десятком глоток, стала увещевать Витюлю, тряся при этом нарядом и обувкой жениха. Вначале Витюля струхнул не на шутку, но, увидев, что толпе до него не добраться, а дверь в санчасть забаррикадирована намертво, начал куражиться. В общем, ломался он минут сорок. Затем все-таки согласился на бракосочетание. Пока его волокли к КПП, его успели переодеть, и перед изумленным, потерявшим дар речи, командиром роты он предстал уже полным женихом. Толпа с радостью загрузилась в автобус и рванула в ЗАГС.
Развелся Витюля через год. На вопрос командиров и друзей, зачем он устроил этот цирк, Витюля, мечтательно закрывая глаза, всегда отделывался одной фразой:
-А как там кормили!!!
* * *
Вывих демократии.
Выборы в высшие органы власти тогда, как и сейчас проводились раз в четыре года. Отличий особых не было. Разве, что избирательные участки открывались с 6 утра.
Этот день считался днём торжества Советской демократии. Командиры даже приказы старались не отдавать. Запросто можно было за это загреметь на ковёр к начальнику Политотдела.
Так как, практически, в каждой роте был свой оркестр, то ровно в пять утра личный состава ошалело вскакивал от бравурных маршей оглашавших казарму воем и грохотом. Построения нет, команд нет, можно было бы и полежать ещё, но эта какофония звуков явно тащила из кровати вон.
Когда, не спеша, одевшись, умывшись и заправив постель народ подтягивался к избирательному участку, там уже волновалась многосотенная толпа. Ну, а где толпа, там и соревнование, кто первый отдаст свой голос за блок коммунистов и беспартийных. Задние напирали. С последними звуками точного времени, народ врывался на участок, сметая всё, что попадалось на его пути. Первыми жертвами становились, как правило, стеклянные двери, а, то и окна. Несколько минут и всё, рота проголосовала. В общем, в течении часа, училище могло с гордостью докладывать о том, что голосование завершено, сто процентов личного состава проголосовало, одними из первых в округе. Ставилась жирная точка в избирательной компании.
Начальники училища и политотдела шли обмывать очередную благодарность за прекрасно проведённую избирательную компанию, личный состав отправлялся досыпать в клуб, где «крутили» мультики или в буфет, где их ждали завезённые с вечера в тройном количестве молоко и незабвенная "полоска". Ну, а там завтрак и долгожданное раннее, в честь праздника, увольнение. Избирательная комиссия оставалась скучать до 22-х часов, когда можно вскрыть урны и приступить к подсчёту голосов.
И только у председателя Избирательной комиссии и у нескольких командиров продолжалась головная боль.
Не было ни разу, чтобы один (много, - два) избирателя-курсанта, в силу своего сволочного характера не вспоминали о ДЕМОКРАТИИ. Конечно, фамилии их были на слуху. Заранее комсомольский и партийный актив инструктировались, что и как с ними делать, какие только кары на головы всех не обещались… Но, каждый раз, это повторялось.
В этот раз таким приверженцем демократии оказался Олежка Крючков. В народе Крючок или Казя (Как-то, на первой кафедре, за очередной выпендрёж, преподаватель назвал его Казуистом. Всем понравилось, но такая длинная и почётная кликуха не привилась, её укоротили.)
Вначале Казя попытался досыпать. Проворчав, что до 22-х часов время ещё есть, он закутался с головой в одеяло, да еще и подушку с соседней кровати попытался натянуть. Тогда ротный, предвидя такое, приказал ревущие колонки сосредоточить в районе его кровати. Что было с радостью исполнено нарядом. Пять утра, какое-никакое развлечение для народа. Противостояние началось. Об «отказнике» было доложено замполиту и командиру батальона.
Больше часа Казя мучался под одеялом, наконец, эти марши настолько его «достали», что он решил подняться. В казарме никого, лишь в конце коридора ротный, старательно делающий вид, что не замечает Крючка. Неспешно проделав весь утренний церемониал, Казя выходит из помещения. Рота уже проголосовала, поэтому он долго курит у крыльца, разговаривая ни о чем с каждым встречным, затем, затушив окурок, отправляется…. в буфет. Сзади за ним в стороне следует всё командование батальона. Короткое совещание. Видя, что Казя направил свои стопы в буфет, а не на избирательный участок, комбат решает вопрос кардинально: ротный, получив развёрнутую непечатную характеристику своей деятельности, отправляется за «отказником», замполит на Избирательный участок, решать вопрос, а комбат в кабинет, ждать каждые 15 минут доклада о перемещениях Крючка по территории училища.
Замполит свой вопрос решает быстро. Поведав о своём «горе» Председателю комиссии и найдя полное взаимопонимание, решают не огорчать начальство и проголосовать вместо этого «вывиха демократии».
Командира роты надолго не хватает. После завтрака, он, вызвав сержантов перед строем роты, объявляет, что увольнение начнётся сразу после того как, проголосуют ВСЕ. После этого Казя продержался минут 30. Правда, увольнение всё равно немного задержалось. Командир разбирался с «фингалом» под глазом Кази, который тот получил, как явствовало из его объяснительной записки, «засмотревшись и ударившись о жердь брусьев в казарме».
Выборы закончились. Следующие через четыре года. Рота в увольнении. На подразделение опускается тишина. Крючок отправляется спать перед заступлением в наряд, поскуливая и почёсывая глаз.
В голове один большой вопрос, - НА ХРЕНА ВСЁ ЭТО БЫЛО?! И лишь в глубокой глубине души плавает огрызок удовлетворения….

* * *

Живопись.
Художник Виктор Ивановский.

Работы Виктора отличает прекрасное художественное воспроизведение характеров людей, в них отражены прелести природы Литвы в ярком самобытном исполнении.
Картины художника в подписях и названиях не нуждаются.

© 2009-2020 Газета "Обзор": Новости Литвы
Рейтинг@Mail.ru