В редакции решили, что мысли и слова Станислава ЛАДИНСКОГО действительно могут быть интересны нашим читателям, хоть и не всегда созвучны их мыслям. Тогда тем более стоит говорить о том, что на самом деле волнует простого человека.
И ещё: налоги начинают взимать сразу же после того, как участки были выделены.
Что же касается табличек на домах на языках национальных меньшинств, то эта тема интересна прежде всего работникам и депутатам самоуправлений в Вильнюсском и Шальчининкском районах. Простым людям таблички далеко не так интересны. Что это будет, если завтра русские, караимы в Тракай захотят повесить таблички на своём языке? Хватит ли стен у домов?
Вот говорят, что зажимают нацменьшинства. Меня как поляка за пятьдесят лет моей жизни никто не зажимал и не ущемлял. Никто меня также не упрекнул, что я был коммунистом и военным. Я нормально общаюсь и с простыми людьми, и с членами Сейма.
Очень часто речь заходит о законах - популярных и непопулярных. Может быть, эти законы и популярны, когда их принимают, но делаются они не популярно. Возьмём закон о недавнем «налоге на здоровье», принятом ещё в прошлом году, а люди о нём узнали только в этом году. И тот, кто не платил такой налог и не стоял на бирже труда, в случае болезни обращался в поликлинику и обязательно платил за приём около 40 литов. Иначе его бы не приняли. А теперь такие лица должны ещё раз заплатить за то же самое. Но уже 72 лита в месяц. Об этом в законе ничего не говорится. Главное – урвать денег?
Очень много разговоров в своё время было о том, почему Литва, имея свой нефтеперерабатывающий завод, платит за бензин дороже соседей. В картельном сговоре подозревались сети автозаправочных станций. Потом весь этот шум сошёл на нет. И это уже не в первый раз. Не можем или не хотим разобраться раз и навсегда? Нефть стоила 150 долларов за баррель, потом подешевела, а бензин у нас только дорожает.
Законы принимаются вроде и красивые, но выполняются они «в обратном направлении». Если вернуться к земельному вопросу, то на сей счёт у нас принято немало хороших законов. Но люди уже разуверились, что могут, в конце концов, воспользоваться ими. Тем более после того, как «наиболее равные» перенесли «в карманах» землю из глубинки Литвы к дорогому Вильнюсу.
Тем, кто не может получить землю своих предков, говорят, что земли нынче не хватает. Но та земля никуда не делась - на ней стоят ТЭЦ, Гарюнайский рынок и т.д. Почему нельзя выплачивать наследникам какую-то аренду? Почему подобные вопросы не возникают в Латвии и Эстонии? Просто там никто не переносил землю. А сейчас нам, жителям Вильнюсского региона, предлагают всякие болота по принципу: «На тебе, Боже, что нам негоже».
Кстати, мою родную деревню сносили в 70 - 80-х годах, и её жителям в качестве КОМПЕНСАЦИИ давали квартиры в Вильнюсе. А потом нас заставили выкупать (!) эти квартиры. А тем, кого выселяли чуть раньше, квартиры, к слову, выделялись без учёта состава семьи: 2 человека – однокомнатная квартира, 6 человек – двухкомнатная, семь человек – тоже двухкомнатная.
«Честно», что и говорить, был решён тогда земельный вопрос… Впрочем, он и сейчас так решается.