Сергей Лазарев – певец и актёр

Очень многие считают Сергея Лазарева настоящим победителем песенного конкурса «Евровидение»-2016. В качестве весомости своей позиции они напоминают, что именно российский певец был признан лучшим по результатам зрительского голосования.

Все его нынешние сольные концерты проходят с аншлагом. В каждом новом городе, в каждой стране он – желанный гость. Ждут его с нетерпением и в Литве, куда он приедет в ноябре с концертной программой «Лучшее», посвящённой 10-летию его творческой деятельности. А на его пресс-конференциях, как давно уже знают все журналисты, не протолкнуться, поэтому приходить на них нужно хотя бы за полчаса до их начала, чтобы потом не подпрыгивать сзади, за спинами более удачливых коллег.

Это интервью как раз и было записано во время одной из недавних пресс-конференций российского исполнителя.
Хотя после конкурса «Евровидения» прошло уже несколько месяцев, но выступление по-прежнему всех интересует. Поэтому первый вопрос касался идеи микрофонной стойки с крыльями – как родилось такое решение?

- Идея с крыльями… Дело в том, что крылья – это так неожиданно - стали моим символом. У меня татуировки – два крыла, и таким образом они сначала влились в программу, в качестве некоего логотипа. Потом у дизайнеров возникла идея сделать стойку для микрофона с крыльями. Ну а потом эти крылья перекочевали в номер для «Евровидения». И это всё было так логично, так не специально. Эти крылья – некий символ свободы, полёта, который у меня есть, и я всё время ощущал, что они меня окрыляют.

- Кем Вы хотели стать в детстве?

- Тем, кем стал.

- Какими видами спорта Вы занимались?

- Я занимался спортивной гимнастикой в детстве. После этого начал петь.

- Как Вы закончили школу?

- На 4 и 5.

- Скажите, Вы любите читать книги?

- Когда есть время, да, читаю. Сейчас перечитываю Агату Кристи.

- Какие книги Вы читали в детстве?

- В детстве я разные книги читал, но по-настоящему, серьёзно, я начал читать, когда учился в школе-студии МХАТ. Ведь в детстве дети не особо любят читать, что уж говорить. Но, скажем так, пришлось полюбить чтение, и читать много, пока был студентом. Сейчас же это больше, конечно, развлекательная литература, потому что мозг так загружается во время работы, что в те минуты отдыха и переездов, перелётов ты либо спишь, отдыхаешь, набираешься сил, либо читаешь какую-то развлекательную литературу так, чтобы мозг отдыхал.

- У Вас очень трудная сольная программа, которую Вы совместили с подготовкой к «Евровидению». Это как-то повлияло на Ваше отношение к театральной деятельности? Может быть, какие-то мысли пришли по поводу этого, может, решили остановиться на чём-то одном?

- Вы знаете, мне нет надобности на чём-то останавливаться. Понимаете, я абсолютно счастливый человек, потому что я абсолютно самостоятелен в принятии решений относительно музыки, относительно театра. И я абсолютно чётко и аде­кватно сознаю, что моя актёрская профессия – это очень важная грань для меня, которая по-новому раскрывает меня другому зрителю.

Мне самому это очень интересно, и я сам получаю колоссальное удовольствие от театральной сцены, от спектаклей, в которых я участвую. И поэтому отказываться от такого вида творчества - это значит как-то обрезать себя. Да, мне пока очень сложно находить точки соприкосновения и правильно распределять графики.

Да, мы нашли определённую схему, по которой спектакли, в которых я участвую, планируются на год вперёд. То есть сейчас я знаю практически весь новый театральный сезон, когда у меня будут спектакли. Потому что, опять же, музыкальные гастроли, а я артист гастролирующий, – это, прежде всего, выездные концерты, они планируются заранее, билеты на них продаются заранее. И сейчас у меня концерты запланированы до мая 2017 года. И поэтому мне важно и приятно, что я нашёл какой-то баланс. И сейчас существую в этом балансе между музыкой и театром.

Конечно, музыка чуть больше присутствует в моей жизни, потому что я занимаюсь этим с самого раннего детства. Театр появился чуть позже, но, тем не менее, в театре я уже 14 лет. В 2002-м состоялся мой первый спектакль – «Ромео и Джульетта». Это тоже очень важная часть моей жизни. Всё стараюсь успевать, хотя это и непросто.

- Если позволите, я задам короткий вопрос о «Евровидении». Насколько помню, Филипп Киркоров не позволил Вам ответить на вопрос о тайне номера. Но время уже прошло. Не могли бы Вы сейчас открыть тайну?

- Вы знаете, я думаю, что любой фокусник, который раскрывает свои секреты, сразу выдаёт какую-то тайну. Впереди у меня большие концерты, где я собираюсь повторить номер «Евровидения». Вполне возможно, что в Минске, может быть, мы сможем это тоже организовать - у меня там 12 ноября концерт. Так что рановато ещё раскрывать все секреты.

Когда мне впервые показали постановку, ну, вообще конструкцию, я, конечно, был в полном шоке. Потому что исполнять песню вверх тормашками очень сложно, а я порой находился в таком положении физическом…

Любой поющий понимает, что нужно держать диафрагму, дыхание. У меня же это всё постоянно сжималось, разжималось. И первые репетиции, которые проходили в феврале, были катастрофически ужасными, потому что у меня ничего не получалось, я останавливался посредине песни, я тяжело дышал, не понимая, каким образом это можно вообще сделать. Но в итоге, опять же, мой театральный и концертный опыт говорил мне о том, что только тренинг, только репетиции, только именно эти наработки мне помогут. Первые репетиции были крайне тяжёлыми, но в какой-то момент произошёл перелом и всё начало получаться.

И хорошо, что это было заранее, потому что у меня было практически три месяца до конкурса, когда я все свои движения отточил до миллиметра, до секунды. Потому что в этой конструкции, в этой декорации, с этой визуализацией нужно было двигаться досконально чётко, миллиметр в миллиметр. Иначе я мог упасть. И при этом я не должен был смотреть, куда ступаю. Это было крайне сложно.

На самом первом прогоне, когда я был в Швеции, я всё-таки упал. Но, слава Богу, что это была репетиция чисто техническая, без съёмок, и первый только прогон - без зрителей, даже без прессы. А потом всё удалось, но вот это волнение, вот эта опасность, они преследовали меня до самого последнего моего шага в финале 14 мая, когда я уже забрался наверх, и уже всё спел. И вот только тогда я выдохнул и понял, что всё случилось, всё произошло.

- Будет ли продолжение этой стены, и предложил ли постановщик новые вариации?

- Это вы вновь подразумеваете участие в «Евровидении»? Пока ещё никто ничего не выбрал. Нет такого, что: «Ну всё, я тут собрался, я тут поехал». Нет. Это же всё-таки такая история, что тебя выбирают, тебя должны выбрать прежде всего. Выбирает Первый канал, и Первый канал посылает на конкурс «Евровидения».

Что касается стены… Вообще у «Евровидения» очень много рамок, там фактически на законодательном уровне оговорено, что можно, а что нельзя. Ты можешь напридумывать себе всё что угодно, но не факт, что тебе разрешат это сделать, потому что у каждого артиста всего 30 секунд на подготовку к выходу во время конкурса.

Декорация, которую нужно выкатить, должна иметь определённые размеры, определённую высоту. Ничего нельзя прикреплять к крыше. Есть чрезвычайно много правил и ограничений. Поэтому какие-то декорации похожи, потому что есть формат, есть рамки, в которых мы можем действовать.

Если вам нужна проекция, эта проекция должна быть на определённом экране. Размер экрана не должен быть больше, чем положено по нормативу. Понимаете? Поэтому у некоторых артистов могут быть похожие декорации. Но самое главное не декорации, а то, что в этой декорации потом происходит. Наполненность декорации. Она по факту всегда разная.

- Вы сказали в одном интервью – у Вас на ногах татуировки. Они и сейчас есть?

- Да, у меня есть на ногах две татуировки. Одна из татуировок – это дата рождения моей мамы, а вторая – дата рождения моего брата.

- Что бы Вы никогда не сделали в своей жизни?

- Никогда? У меня есть в жизни определённые принципы. Я никогда не переступлю через важные для меня принципы, я не буду делать то, к чему у меня не лежит душа, чтобы прям из-под палки.

Говорят, есть такая фраза: «Пойдёт по трупам ради своей цели». Вот это не про меня. Нет, я найду себе другой путь. Более честный и более, должно быть, сложный. Я вообще лёгких путей не ищу, у меня всегда, знаете, всё как-то со сложностями и с препятствиями получается. И ничего в жизни моей не даётся мне очень быстро и просто так. А если что-то быстро даётся, то обязательно потом будет какой-то шаг назад, и, если что-то у меня такое появляется, знаете, вдруг, как с небес, быстро и внезапно, я думаю: где-то будет подвох. Я уже к этому готовлюсь, я как-то особо не радуюсь, если вдруг что, потому что понимаю, что нужно потом будет это отрабатывать.

Я очень люблю препятствия, я люблю сложности, потому что они, прежде всего, не дают тебе расслаб­ляться, они дают тебе развитие, движение вперёд.

- На какие самые необычные, странные действия шли Ваши фанаты для того, чтобы как можно ближе оказаться к Вам?

- Вы знаете, во-первых, я хочу сказать, что у меня один из самых больших, дружных и громких фан-клубов. Это всегда заметно, на любой дорожке, на любом мероприятии. И я с ними очень дружу, я с ними максимально стараюсь часто общаться. Я счастлив, что мне удалось в моих фан-клубах привить благотворительность. Мои фан-клубы очень часто ездят в различные детские дома, они помогают приютам собак и кошек, они ездят к инвалидам, к ветеранам, устраивают какие-то праздники, дарят какие-то подарки. И мы с ними договорились, что они мне не дарят никаких подарков, когда я приезжаю в города.

Если они хотят что-то мне подарить, то собирают какие-то деньги. Сами. Их не принуждает никто. Если они собирают деньги, то потом всё собранное перечисляется в фонд «Линия жизни». Это фонд благотворительный, который занимается проблемами сердца у детей, врождённым пороком сердца, заболеваниями сердца. И они мне в конвертике предоставляют чек, в котором написано – «Линия жизни» и написана сумма, которую они перечисляют этому фонду.

Мы начали это практиковать два года назад. Сотрудничать с этим фондом я начал больше пяти лет назад. И за то время, что мы сотрудничаем с фондом, вместе с моим фан-клубом, нам удалось собрать средства на операции для 55 детей. Так что, мне кажется, это очень важное, благое дело. Это очень важная миссия. И я чрезвычайно благодарен ребятам за такого вида сотрудничество со мной.

Я желаю вам всем полёта! Спасибо за интересные вопросы, и до новых встреч!



Фото из архива «Обзора»

Сергей Лазарев выступит в Литве, в вильнюсском зале «Compensa» 8 ноября. Начало концерта – в 20 часов. Билеты: Bilietai.lt.
Категории: культура
Ключевые слова: в Литве, Сергей Лазарев
статья прочитана 1493 раза
добавлена 9 октября, 08:30

Комментарии

Авторские права на всю информацию, размещенную на веб-сайте Obzor.lt принадлежат редакции газеты «Обзор» и ЗАО «Flobis». Использование материалов сайта разрешено только с письменного разрешения ЗАО "Flobis". В противном случае любая перепечатка материалов (даже с установленной ссылкой на оригинал) является нарушением и влечет ответственность, предусмотренную законодательством ЛР о защите авторских прав. Газета «Обзор»: новости Литвы.