На обновленном граффити с Трампом и Путиным - послание о конопле

Фото delfi.lt
В Вильнюсе обновили граффити с изображением кандидата в президенты США Дональда Трампа и президента России Владимира Путина, сообщает агентство BNS.

Несколько недель назад изображение поцелуя между Д. Трампом и В. Путиным на стене закусочной американского типа Keule Ruke в Вильнюсе было замазано белой краской. Сейчас на восстановленном граффити эти политики не целуются, а вместе курят "косяк".

"Еще более красивое, еще более актуальное и еще более сильное послание" - так представляет новое изображение закусочная в сети Facebook.

Прежнее граффити в литовской столице напоминало известное граффити на Берлинской стене, которое изображает поцелуй советского лидера Леонида Брежнева и лидера коммунистического режима Восточной Германии Эриха Хонеккера в 1979 году.
Это проявление уличного искусства вызвало интерес международных СМИ - о нем писали BBC, CNN, Time, Washington Post и множество других СМИ, умиляется далее BNS.

Автор изображения и один из владельцев закусочной Доминик Чячкаускас сообщил BNS, что новой версией рисунка он хочет активизировать в обществе дискуссию о легализации марихуаны.

"Граффити изображает Д. Трампа, курящего "косяк" и пускающего дым в рот В. Путина. Мы хотим начать в Литве дискуссию о декриминализации конопли, о разрешениях на научные исследования и медицинское использование конопли в лечении тяжких заболеваний", - сказал он, не став уточнять, запрашивал ли он разрешение на своё "творение" хотя бы этот раз. Ранее "Обзор" сообщал, что прежняя мазня появилась в нарушение вильнюсских правил оформления уличных изображений - без разрешения столичных властей.

Примечательно, что с той поры мэр Шимашюс и его подчинённые как в рот воды набрали: так, получается, мазать стены можно всем и где только заблагорассудится? Или нужен какой-то политический или сексуальный подтекст, и тогда - гуляй, рванина?

По словам Д. Чечкаускаса, рисунок все еще несет политический подтекст, но он не является основным.

"Каждый может избрать свою интерпретацию, например, мы предлагаем Путину немного расслабиться, но основное послание касается того направления, которое избрала Литва, регламентируя коноплю", - пояснил он.

Между тем, психиатр, президент общественной Коалиции по контролю над распространением табака и алкоголя Аурелиюс Вярига убежден, что такое изображение рекламирует наркотики и не является подходящей формой для возбуждения дискуссий.

"Если мы будет поднимать дискуссии о педофилии, то что мы тогда сделаем - изобразим половой акт между взрослым и ребенком? Нельзя в Литве рекламировать наркотические вещества, а это, несомненно, реклама. Дискуссии нужно поднимать там, где нужно, а не рекламировать само явление", - сказал BNS А. Вярига (понас психиатр, наверное. чего-то не понимает: так Путина же с грязью смешиваем, не президента США! - прим. "Обзора").
Ключевые слова: Вильнюс, Путин, граффити, Трамп
статья прочитана 518 раз
добавлена 16 сентября, 17:01

Комментарии

As
17 сентября, 10:30
Интересно сколько заплатили "художнику" за этот маразм? Ведь пачканье стен запрещено законом а в данном случае это поддерживают власти??? Они что тоже заодно с хулиганами которые приносят огромные убытки мэрии Вильнюса!!?
As
17 сентября, 10:35
+3
Блог Айрата Галиуллина
Гармония с собой и миром
ГлавнаяИзбранные постыОб автореПалоаТигры и земляника
Главная » Избранные посты » Теория разбитых окон
Теория разбитых окон
Опубликовано Айрат Май 3, 2011 в Избранные посты, Практическая психология | 108 Коммент.

В 1980-х годах Нью-Йорк представлял собой адский ад. Там совершалось более 1 500 тяжких преступлений КАЖДЫЙ ДЕНЬ. 6-7 убийств в сутки. Ночью по улицам ходить было опасно, а в метро рисковано ездить даже днем. Грабители и попрошайки в подземке были обычным делом. Грязные и сырые платформы едва освещались. В вагонах было холодно, под ногами валялся мусор, стены и потолок сплошь покрыты граффити.

Вот что рассказывали о нью-йоркской подземке:

«Выстояв бесконечную очередь за жетоном, я попытался опустить его в турникет, но обнаружил, что монетоприемник испорчен. Рядом стоял какой-то бродяга: поломав турникет, теперь он требовал, чтобы пассажиры отдавали жетоны лично ему. Один из его дружков наклонился к монетоприемнику и вытаскивал зубами застрявшие жетоны, покрывая все слюнями. Пассажиры были слишком напуганы, чтобы пререкаться с этими ребятами: «На, бери этот чертов жетон, какая мне разница!» Большинство людей миновали турникеты бесплатно. Это была транспортная версия дантова ада».

Город был в тисках самой свирепой эпидемии преступности в своей истории.

Но потом случилось необъяснимое. Достигнув пика к 1990-му году, преступность резко пошла на спад. За ближайшие годы количество убийств снизилось на 2/3, а число тяжких преступлений — наполовину. К концу десятилетия в метро совершалось уже на 75 % меньше преступлений, чем в начале. По какой-то причине десятки тысяч психов и гопников перестали нарушать закон.

Что произошло? Кто нажал волшебный стоп-кран и что это за кран?

Его название — «Теория разбитых окон». Канадский социолог Малкольм Гладуэлл в книге «Переломный момент» рассказывает:

«Разбитые окна» — это детище криминалистов Уилсона и Келлинга. Они утверждали, что преступность — это неизбежный результат отсутствия порядка. Если окно разбито и не застеклено, то проходящие мимо решают, что всем наплевать и никто ни за что не отвечает. Вскоре будут разбиты и другие окна, и чувство безнаказанности распространится на всю улицу, посылая сигнал всей округе. Сигнал, призывающий к более серьезным преступлениям».

Гладуэлл занимается социальными эпидемиями. Он считает, что человек нарушает закон не только (и даже не столько) из-за плохой наследственности или неправильного воспитания. Огромное значение на него оказывает то, что он видит вокруг. Контекст.

Нидерландские социологи подтверждают эту мысль (источник). Они провели серию любопытных экспериментов. Например, такой. С велосипедной стоянки возле магазина убрали урны и на рули велосипедов повесили рекламные листовки. Стали наблюдать – сколько народа бросит флаеры на асфальт, а сколько постесняется. Стена магазина, возле которого припаркованы велосипеды, была идеально чистой.

Листовки бросили на землю 33% велосипедистов.

Затем эксперимент повторили, предварительно размалевав стену бессодержательными рисунками.

Намусорили уже 69 % велосипедистов.

Но вернемся в Нью-Йорк в эпоху дикой преступности. В середине 1980-х в нью-йоркском метрополитене поменялось руководство. Новый директор Дэвид Ганн начал работу с… борьбы против граффити. Нельзя сказать, что вся городская общественность обрадовалась идее. «Парень, займись серьезными вопросами – техническими проблемами, пожарной безопасностью, преступностью… Не трать наши деньги на ерунду!» Но Ганн был настойчив:

«Граффити — это символ краха системы. Если начинать процесс перестройки организации, то первой должна стать победа над граффити. Не выиграв этой битвы, никакие реформы не состоятся. Мы готовы внедрить новые поезда стоимостью в 10 млн. долларов каждый, но если мы не защитим их от вандализма — известно, что получится. Они продержатся один день, а потом их изуродуют».

И Ганн дал команду ощищать вагоны. Маршрут за маршрутом. Состав за составом. Каждый чертов вагон, каждый божий день. «Для нас это было как религиозное действо», — рассказывал он позже.

В конце маршрутов установили моечные пункты. Если вагон приходил с граффити на стенах, рисунки смывались во время разворота, в противном случае вагон вообще выводили из эксплуатации. Грязные вагоны, с которых еще не смыли граффити, ни в коем случае не смешивались с чистыми. Ганн доносил до вандалов четкое послание.

«У нас было депо в Гарлеме, где вагоны стояли ночью, — рассказывал он. — В первую же ночь явились тинейджеры и заляпали стены вагонов белой краской. На следующую ночь, когда краска высохла, они пришли и обвели контуры, а через сутки все это раскрашивали. То есть они трудились 3 ночи. Мы ждали, когда они закончат свою «работу». Потом мы взяли валики и все закрасили. Парни расстроились до слез, но все было закрашено снизу доверху. Это был наш мэссидж для них: «Хотите потратить 3 ночи на то, чтобы обезобразить поезд? Давайте. Но этого никто не увидит»…

В 1990-м году на должность начальника транспортной полиции был нанят Уильям Браттон. Вместо того, чтобы заняться серьезным делом – тяжкими преступлениями, он вплотную взялся за… безбилетников. Почему?

Новый начальник полиции верил — как и проблема граффити, огромное число «зайцев» могло быть сигналом, показателем отсутствия порядка. И это поощряло совершение более тяжких преступлений. В то время 170 тысяч пассажиров пробирались в метро бесплатно. Подростки просто перепрыгивали через турникеты или прорывались силой. И если 2 или 3 человека обманывали систему, окружающие (которые в иных обстоятельствах не стали бы нарушать закон) присоединялись к ним. Они решали, что если кто-то не платит, они тоже не будут. Проблема росла как снежный ком.

Что сделал Браттон? Он выставил возле турникетов по 10 переодетых полицейских. Они выхватывали «зайцев» по одному, надевали на них наручники и выстраивали в цепочку на платформе. Там безбилетники стояли, пока не завершалась «большая ловля». После этого их провожали в полицейский автобус, где обыскивали, снимали отпечатки пальцев и пробивали по базе данных. У многих при себе оказывалось оружие. У других обнаружились проблемы с законом.

«Для копов это стало настоящим Эльдорадо, — рассказывал Браттон. — Каждое задержание было похоже на пакет с поп-корном, в котором лежит сюрприз. Что за игрушка мне сейчас попадется? Пистолет? Нож? Есть разрешение? Ого, да за тобой убийство!.. Довольно быстро плохие парни поумнели, стали оставлять оружие дома и оплачивать проезд».

В 1994 году мэром Нью-Йорка избран Рудольф Джулиани. Он забрал Браттона из транспортного управления и назначил шефом полиции города. Кстати, в Википедии написано, что именно Джулиани впервые применил Теорию разбитых окон. Теперь мы знаем, что это не так. Тем не менее, заслуга мэра несомненна – он дал команду развить стратегию в масштабах всего Нью-Йорка.

Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям. Арестовывала каждого, кто пьянствовал и буянил в общественных местах. Кто кидал пустые бутылки. Разрисовывал стены. Прыгал через турникеты, клянчил деньги у водителей за протирку стекол. Если кто-то мочился на улице, он отправлялся прямиком в тюрьму.

Уровень городской преступности стал резко падать — так же быстро, как в подземке. Начальник полиции Браттон и мэр Джулиани объясняют: «Мелкие и незначительные, на первый взгляд, проступки служили сигналом для осуществления тяжких преступлений».

Цепная реакция была остановлена. Насквозь криминальный Нью-Йорк к концу 1990-х годов стал самым безопасным мегаполисом Америки.

Волшебный стоп-кран сработал.

На мой взгляд, Теория разбитых окон довольно многогранна. Можно применить ее к разным областям жизни: общению, воспитанию детей, работе… В следующем посте я покажу, какое отношение она имеет к «гармонии с собой и миром» — нашему мироощущению и способу жить.

Гармонии вам!
Авторские права на всю информацию, размещенную на веб-сайте Obzor.lt принадлежат редакции газеты «Обзор» и ЗАО «Flobis». Использование материалов сайта разрешено только с письменного разрешения ЗАО "Flobis". В противном случае любая перепечатка материалов (даже с установленной ссылкой на оригинал) является нарушением и влечет ответственность, предусмотренную законодательством ЛР о защите авторских прав. Газета «Обзор»: новости Литвы.